Море Осколков

Ибо над ними во всю стену раскинулось полотно, где победоносная Ашенлир, простоволосая и одетая в кольчугу, принимала меч у коленопреклоненного оруженосца, и Колл глазел то на королеву из преданий, то на королеву из жизни — и завороженно осознавал их сходство.

Улыбка отца Ярви расплылась:

— О, вот это здорово.

Мать Скейр не настолько воодушевилась:

— Обставить свое появление вы любите, — проговорила ехидно.

— Простите, — молвила Скара. — Я готовилась к бою. — Да, королева низенькая и худощавая, зато голос — как у отважного витязя.

Последнее слово она пролаяла со свирепостью самой Колючки, и даже мать Скейр заметно вздрогнула.

Колл наклонился к отцу Ярви:

— Думаю, теперь она здесь.

— Союзники! — воскликнула Скара, среди тишины голос зазвенел ясно и проникновенно, словно она отродясь повелевала солдатами. — Мои дорогие гости. Короли, служители и воины Ванстерланда и Гетланда!

Рэйт отважился наскоро пробежаться по тем, кого всегда числил в друзьях. Крушитель Мечей не сводил глаз со Скары, зато мать Скейр смотрела прямо на Рэйта.

С таким исступлением ярости он сталкивался впервые, хоть прежде служительница не раз стервенела, как Смерть. Губы Сориорна кривила ненависть. Но вправду невыносимым оказался лишь один взгляд — Рэкки. Безгневный, беззлобный — разочарованный. Так смотрит тот, кого предал самый близкий. Рэйт потупился в пол, дыхание хрипло змеилось в глотке.

— Сегодня нам предстоит великое решение! — говорила Скара. — Поднять ли против Верховного короля запретное оружие или отступить перед ним.

Рэйт не прислушивался. Он вспоминал прошлую ночь. Как стоял перед девушкой на коленях, готовый выполнить назначенное. А потом услышал ее смех — и пальцы его предали. Кубок упал, и отравленное вино забрызгало пол, и Скара отшутилась по поводу пригодности королевских чашников, а он лег за ее порогом и всматривался во тьму, как верный сторожевой пес, каким и был.

Лежал без сна, думая, на что он себя обрек.

— Я — королева Земли Тровенов! — возвестила Скара.

 — Кровь Бейла течет в моих жилах. Пусть другие бегут от Верховного короля, но я — больше никогда. Я поклялась отомстить Йиллингу Яркому, и я вырежу свое воздаяние на его мертвой туше. И пусть моим последним вздохом станет крик непокорства! Я подниму на врага любое оружие. — Она в упор сверкнула глазами на мать Скейр. — Любое оружие. И на бой я выйду здесь. Я не покину Тровенланд. Я не покину Мыс Бейла.