Онлайн-библиотека книг
Продолжаю давить, знаю, что это бессовестно, но так хочется!
— Не ради рекламы, Кристина, не ради каких-то дополнительных… личных… профитов…
При упоминании о личном, Кристина вспыхивает краской, доставляя мне этим невероятное удовольствие.
— Игорь Игоревич! — смущается она.
— От души, Кристина Кирилловна.
— Хорошо, — после паузы, с легким вздохом, соглашается она, — но я должна признаться…
— Я слушаю.
Опускает в смятении пушистые ресницы. Красиво…
— В общем, брат… Он… Постоянно попадает в какие-то истории… Это моя вина, мой педагогический провал… Но мы рано остались без родителей, понимаете… И я все время работала… А он… Он хороший, не думайте, он очень меня любит! Но бесконечно влипает в различные плохие ситуации… И сейчас… Его арестовали полицейские.
На этих словах голос ее срывается, в глазах блестят слезы.
А я, вместо того, чтоб сочувствовать, жадно рассматриваю ее бледное личико, такое нежное, такое уязвимое. Очень правильно уязвимое, так, что любого нормального мужика торкнет желанием защитить, спрятать от всего мира.
Ловлю себя на этой эмоции с удивлением.
До чего же…
А ведь я погиб. Она делает меня уязвимей и в то же время сильнее…
Прощай, красотка в алом платье, навсегда, ты напишешь мне, шикарная дрянь, конечно, еще напишешь, когда опять зачешется между ног… А я отправлю тебя в далекое пешее эротическое, потому что рядом уже есть мягкая кошечка, нежный цветок в горшке моей фирмы, достойная и правильная…
Сейчас надо только с ее братцем разобраться…
— Я решу все твои проблемы, — тихо, очень убедительно говорю я, утопая в бездонных лесных озёрах её невероятных глаз, и даже на губы не хочется смотреть, мне хватает вот этого — бесконечности в её беззащитном взгляде.
***— В общем, такая тема! — голос Гребенщикова звучит возбужденно, явно волну поймал парень, — ставим ёлки в наших магазинах, на них вешаем письма детей-сирот. Каждый желающий может выполнить желание одинокого ребёнка, ля-ля-ля три рубля, сами купите подарки, а мы, типа, посредники.
— Это всё понятно, хорошая идея, реализовываем, — командую я Гребенщикову. — Но мало. Маловато будет! Давай, мой креативщик, сделай такую тему, чтобы мы засветились, как благотворители, и нихуя за это денег не отдали. Я знаю, ты можешь.
Гребенщиков замолкает на мгновение, явно генерируя в гениальной башке очередной маркетинговый план.
