Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

Не заставлять же девушку, только поступившую на службу, нарушать протокол этой самой службы. Нет, конечно, я мог бы этого потребовать, но кем бы я тогда был? Такой же мразью, как Солнцевы? Вот уж спасибо!

— Но вам же все равно нужно показать Скворцову, что вы работаете над его задачей? — напомнил я, и получил кивок в ответ. — Тогда предлагаю просто провести время вместе. Сможете отчитаться своему начальнику, что работа ведется, и вы втираетесь ко мне в доверие.

— Иван Владимирович! — с осуждением произнесла Жданова.

— Я понимаю, что ситуация неоднозначная, но вы все же говорите об офицере Службы Имперской Безопасности.

— О чем и речь, Антонина Владиславовна, — усмехнулся я. — Раз уж мы позавтракали и все равно выехали в город, как вы смотрите на то, чтобы вместе посетить какой-нибудь романтичный киносеанс?

Даже не оборачиваясь, я понял, что девушка покраснела.

— Почему именно романтичный? — уточнила она.

— Вы все же красивая девушка, Антонина Владиславовна, — с улыбкой произнес я. — Планов пока что у меня не имеется, так почему бы просто не получить удовольствие от процесса? Вы против воли оказались вовлечены в не самое приятное для вас дело, так давайте воспользуемся случаем и добавим ложку меда в бочку с дегтем.

Несколько минут мы сидели молча. Я спокойно вел автомобиль, не преследуя никакой цели, а Жданова, похоже, обдумывала мое предложение. Понятно, что это не свидание — у нас разный социальный статус, и никаких отношений между нами быть не может.

Моровы потомственные дворяне, и жениться я должен на дворянке.

Я последний из рода, и мне нельзя ронять достоинство. А брак с простолюдинкой обществом будет расценен именно так. Нет, конечно, когда-нибудь позднее, когда мое имя будет известно на всю Российскую Империю, я смогу себе позволить любую придурь. Но пока остается играть по правилам общества, членом которого я являюсь.

— Я бы предпочла какой-нибудь боевик, — наконец, произнесла Антонина Владиславовна. — Не люблю романтические картины, они дурно влияют на женский ум.

Я серьезно кивнул, не показывая улыбки, которая сама просилась на лицо.

В моем прошлом мире любая одаренная была уже достаточной величиной, чтобы самой решать свою судьбу. В этом мире женщины хоть и получили равные права с мужчинами, но все же до сих пор традиционно считалось, что им нужен покровитель, который станет за них решать и думать.

Это было удобно для всех, однако порой появлялись и такие, как сидящая на соседнем кресле Жданова.