Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

Его подчиненные уже сняли шарф и маску, обнажив ничем не примечательное лицо мужчины.

— Я закончил, Алексей Александрович, — произнес я, привлекая внимание Скворцова. — Антонина Владиславовна жива и будет в полном порядке. Что вы так смотрите на этого мертвеца? Он вам знаком?

Ответил мне один из бойцов. Повернувшись, он опустил маску с лица, и я узнал того самого лейтенанта, с которым обсуждал мотоциклы на парковке у отделения Службы Имперской Безопасности.

— Это Фролов Николай Петрович, — представил мне погибшего лейтенант.

— Левая рука одного из главарей местных банд.

— Дайте угадаю, — усмехнулся я, — сейчас вы скажете, что он работал на Маэстро?

— И вот я снова дома, — с усмешкой произнес я, входя в камеру для благородных, где мне уже довелось побывать.

Сопровождающий меня лейтенант хмыкнул.

— На вашем месте я бы не рассчитывал задерживаться тут надолго, Иван Владимирович, — произнес он. — Через пару часов вас наверняка уже вызовут для разговора.

Лейтенант выглянул за дверь, чтобы проверить, что там никого нет.

Затем закрыл створку, не запирая на замок.

— Сверху уже прислали бумаги, на капитана Скворцова уже заведено дело о превышении должностных полномочий, — шепотом сообщил он. — Так что все его дела будут подняты и пересмотрены. Естественно, вас отпустят сразу, как обстоятельно поговорят. В Кремле давно были недовольны Алексеем Александровичем, а тут такой повод от него избавиться.

— И вы мне рассказываете об этом потому…

— Потому что через пятнадцать минут я стану капитаном, — легко ответил тот.

— И возглавлю отделением Службы Имперской Безопасности в юго-западном округе, Иван Владимирович. И мне бы хотелось, чтобы мы с вами стали хорошими знакомыми. В Кровавой Бане не только благородные участвовали. Моя семья тоже помнит. И знает, кому обязаны тем, что моего деда прикрыли во время битвы с главой культа.

Я кивнул в ответ, но говорить ничего не стал.

— Мы друг с другом пока не были знакомы, — продолжил лейтенант. — Позвольте представиться, Ипатов Савелий Валентинович.

— Вы внук того сотрудника Службы Имперской Безопасности, который вывел гражданских, — понял я.

— Александр Васильевич пожертвовал собственной рукой, чтобы перехватить магию крови, которая должна была стереть в порошок моего деда, — произнес Ипатов. — Глава культа наложил какое-то проклятие, и ваш дед отсек себе руку, чтобы не дать магии крови пойти дальше. Так что как бы там ни было, своим существованием я и мой отец, и братья с сестрами — все Ипатовы обязаны Моровым.