Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Если у вас действительно столь срочное дело, то жду вас у себя в особняке. Позднее сегодня уже не смогу, и только завтра тогда буду доступен. Вас устроит?

— В течение часа буду у вас, Иван Владимирович, — ответила она.

Положив трубку, я вернулся к еде. Прямо день визитов сегодня получается.

Хотя, конечно, я просто отвык в своей башне от по-настоящему живого общения с посторонними и того вала проблем, которые приходится решать, когда живешь в обществе занятых делом людей.

Закончив с едой, я загрузил посудомойку, и телефон в очередной раз завибрировал.

Агентство просило назначить дату и время собеседования с прислугой. Недолго думая, я указал завтрашний день в районе обеда. Пусть привозят людей, а там посмотрим.

Вопрос с торговцем, который встанет за прилавок, оставался открытым. Но я пока не спешу, и время для этого решения еще есть.

Поднявшись в кабинет, я осмотрел запасы ингредиентов. Если Венедикт Кириллович будет делать большой заказ, придется прокатиться по магазинам.

На экране телефона появилось изображения с камеры на заборе.

Антонина Владиславовна явилась без предупреждения. Однако держать ее на пороге я не стал, тем более она одета по форме, а значит, при исполнении.

— Входите, — разрешил я, открывая калитку.

Когда Жданова поднималась по ступенькам крыльца, я уже открывал ей входную дверь. И с вежливой улыбкой поприветствовал гостью:

— Добрый день, Антонина Владиславовна, — произнес я, отступая в сторону, чтобы она смогла пройти в дом.

В полиции она числилась сержантом, но теперь на униформе красовались знаки различия следующего чина. Неплохо карьера строится, конечно, однако нужно учитывать, что государь наверняка устроил массовое увольнение в ведомстве. Уж слишком высокая птица секретарь министра внутренних дел — Горшков вполне мог прикормить половину московских сотрудников Службы Имперской Безопасности.

И образовавшиеся дыры стало необходимо кем-то занять. Почему бы и не уже действующими сотрудниками? Они, опять же, будут благодарны за продвижение и запомнят, благодаря чьей легкой руке стали получать жалованье и почет выше прежнего.

Во всяком случае я вижу ситуацию именно так. Не зря император говорил, что не отказывается от своих реформ, а значит, будет бороться за установление единоличного контроля над собственной службой.