Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

Утро за окном еще только разгоралось, но главе рода не спалось всю ночь. Тревожное чувство сгущающихся чувств не давало погрузиться в сон, а лежать без дела он не привык.

Среди младших семей рода Солнцевых подошел к концу устроенный Венедиктом Кирилловичем конкурс за титул наследника. Всяких там людей хватало — и опытных, и достаточно умных, чтобы не растерять нажитое поколениями Солнцевых имущество. Не хватало только верных. Во всяком случае, сам Венедикт Кириллович не мог до сих пор на кого-то конкретного положиться.

Но ведь никто не мешает сменить наследника снова, если первый избранный покажет себя не достаточно хорошо. Вероятность того, что новый глава Солнцевых запросит слияния с Колмогоровыми, оставалась. И, как это ни прискорбно, на данный момент Венедикт Кириллович никак не мог от этого защититься.

Но это были внутренние проблемы, которые были и будут всегда. Если же касаться дел внешних… То вот здесь было все отлично.

Нападение Федора Ильича вывело службу безопасности Солнцевых на ту самую вдову, к которой бегал Геннадий Сергеевич, пока еще считался зятем Венедикта Кирилловича.

И теперь Хортова-Колмогорова ловит рыб в Москва-реке, пытаясь выцарапать ноги из бетонного блока, в который ее впаяли.

Месть свершилась, и принесла не только облегчение, но и намекнет Колмогоровым, что рано им считать наследие Солнцевых своими будущим активами.

Потому что после такой казни это, во-первых, вобьет клин между фамилиями, снизив вероятность поглощения.

А так как род министра финансов Российской Империи не сможет предоставить никаких улик, то и выставить претензии Солнцевым не сможет. Ситуация, когда все все понимают, но никто ничего не может доказать.

Во-вторых, когда Хортову все же найдут, Венедикт Кириллович выставит претензии Колмогоровым — сведений хватало, чтобы доказать, что род финансистов Российской Империи подкладывал свою родственницу под чужого человека, стараясь вмешаться во внутренние дела Солнцевых.

Конечно, в открытую за такое Колмогоровых никто не осудит. Но их позиции в обществе немного пошатнуться. Ведь все будут осознавать: сегодня они лезли к Солнцевым, завтра могут подобраться к кому-то еще. Родственных родов у Колмогоровых хватает, и ни один не горит желанием отдать собственную независимость и без того обнаглевшим высшим дворянам.

На фоне этих новостей гибель великого князя вообще не казалась Венедикту Кирилловичу существенной.