Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

— К чему эти игры в шпионов, назовите фамилию, которой служите, и я лично передам вашим хозяевам, что своих псин стоит держать на коротком поводке. И подальше от благородных людей. Вы же наверняка из потомственных слуг, а так грубо нарушаете этикет. Предки в гробу, наверное, переворачиваются.

— Мы еще обсудим предков, Иван Владимирович, — чуть дрогнувшим голосом ответил старик.

Очевидно, что мой пассаж про предков его все же задел. Да и, что уж греха таить, какой-то мальчишка из молодого рода Моровых смеет дерзить целому потомственному слуге явно высокопоставленного благородного семейства.

— То есть имени я так и не услышу? — уточнил я и, не дождавшись реакции, завершил разговор: — В таком случае прошу меня больше не беспокоить.

И я прервал звонок самым наглым образом.

Уж не знаю, на что конкретно рассчитывал этот старик, однако вести подобные переговоры он явно не умеет. Что, в принципе, неудивительно. Вряд ли в дворянской среде существует школа шантажистов и вымогателей для доверенных слуг. Все же такая деятельность — прерогатива бандитов и правоохранительных органов.

Пройдясь вокруг стола, за которым выводил ритуальные линии на запонке, я как следует размялся, прежде чем вернуться к работе. Точность крайне важна, и нужно настроиться, чтобы не совершить ошибки.

А пока я готовился продолжать, желудок напомнил, что в него не мешало бы положить что-нибудь. Так как от окорока и кофе, употребленных ночью, не осталось и следа.

Вынужденная пауза резко прибавила раздражения.

Мало того что из-за этого старика на меня напали, так теперь он отвлек меня от работы, и в итоге я, растеряв концентрацию, еще больше потеряю времени на еду.

А ведь мог бы уже заканчивать с рисунком и переходить к заполнению ингредиентами!

В очередной раз меня захватили эмоции. И хотя это было естественно, но над собственной сдержанностью следовало поработать. Нет ничего хуже, чем психующий чародей. У такого и заклинания могут не так действовать, и сила расходуется быстрее.

Для магии воздуха лучше всего подходила пыль белого берилла.

И она у меня уже лежала отмеренная в специальной серебряной посуде. Накрыв стол простым куском некрашеной холстины, чтобы в мое отсутствие ничего лишнего не попало в чашку с порошком, я направился на кухню.

Вечно на подножном корме жить нельзя. Так что еду пришлось готовить. К счастью, полуфабрикаты имелись, и через пятнадцать минут лазанья отправилась в духовку.

Телефон зазвонил вновь, когда я уже доставал стеклянную посуду из духовки.