Моров. Том 4 (СИ)

И если Панфиловы не поставят свои артефакты казне, эти враги будут безнаказанно перемалывать наших ребят в окопах, хоронить внутри техники и жечь заживо…

Я кивнул, опускаясь рядом. А Герман Мстиславович сложил локти на коленях и свел пальцы рук вместе.

— Я вижу, какая бойня идет между родами, которые захватили гражданский рынок артефактов, Иван Владимирович, — произнес Панфилов. — Не буду скрывать, я и сам не отказался бы освоить этот рынок, стать настоящим монополистом в индустрии зачарования. И если вы немного изучали нашу фамилию, вам известно, что такие попытки Панфиловыми не раз предпринимались.

— Да, я знаю об этом, — подтвердил я.

Герман Мстиславович посмотрел на меня внимательным пронизывающим взглядом.

— Я догадываюсь, что не просто так меня не смог избавить от рака ни один целитель Российской Империи, — вновь заговорил он. — Моя смерть — слишком выгодна для очень многих. И огромный шанс для всех наших соседей.

Направление разговора было неожиданным.

— Вы, Герман Мстиславович, подозреваете, что ваше заболевание — следствие действий заинтересованных людей? — уточнил я.

С такой точки зрения даже интересно становится. У меня никогда не было подобных задач, но в теории я мог бы собрать такую печать. Вопрос лишь в том, как много времени на этой уйдет. Да и, честно говоря, несмотря на то, что мне попалась та же держава, точнее, последствия ее применения, я не особо верил в существование настолько разбирающегося в чародействе человека.

Потому как на пустом месте такие озарения не возникают.

А средство убийства через разрастание злокачественных опухолей — это очень изощренный способ устранения людей. Главное — не вызывающий вопросов.

— Я этого не исключаю, Иван Владимирович, — поправил меня Панфилов. — Слишком все… Вовремя. За свои годы я многое повидал, и поверьте, Иван Владимирович, хорошего в этом списке совсем немного. Что говорить, я лично вел разработку оружия, которое должно работать схожим образом. А потому я точно знаю — подобные разработки идут и у наших соседей.

И если пока что мы не добились успеха, это не значит, что кто-то другой не успел раньше. Вы, как чародей, выпускающий невероятные для окружающих артефакты, должны меня понять.

Что ж, вряд ли эта информация имеется в открытом доступе. И неспроста Герман Мстиславович мне ее озвучил. Если это не приглашение к участию в проекте, то я даже не знаю…

— В теории я могу представить, как нужно зачаровать предмет, чтобы навести на человека нужное заболевание, — подтвердил я.