Моров. Том 4 (СИ)

— Судя по тому, что я увидел, — заговорил я, вращая чашку в руках, — все вы подверглись действию одной и той же печати. К сожалению, не могу сказать, одновременно вы их получили или каждый в свой срок, однако ясно одно. Вы перешли дорогу кому-то достаточно сильному, раз вас решили устранить именно так.

— Наши фамилии, скажем так, представляют союз нескольких родов, — подтвердил Анатолий Никодимович. — Негласный, однако те, кому нужно, в курсе.

— Если у вашего союза есть участники за пределами армии Российской Империи, их тоже следует проверить, — заметил я.

— Нет, Иван Владимирович, подключать гражданских не в наших правилах. Только члены боевого братства, — пояснил глава рода Герасимовых, после чего сделал неопределенный жест. — Своя специфика службы, общие интересы… В общем, теперь хотя бы понятно, что нужно искать где-то среди других группировок по интересам.

Я кивнул, любуясь узором на чашке.

— Вряд ли я смогу вычислить чародея, который накладывает эти печати, просто встретившись с ним, — заметил я.

— Однако, если представится возможность, все равно попробую. Кстати, неплохо было бы получить имена людей, которых вы подозреваете.

А еще у них могут быть собственные неофициальные союзники, которые и проклинают военное руководство, чтобы расчистить своим друзьям путь наверх. Дворянские интриги никогда не отличались благородством, скрытностью — да, но пустить кровь ближнему никто не отказывался.

Что говорить, если даже правящий род, у которого есть вообще все, передрался между собой.

Романовы резали друг друга, топили в дерьме и подставляли. Хотя у них было больше, чем у кого-либо в Российской Империи. Даже у высшего дворянства нет ни сопоставимых богатств, ни власти, но Романовы все равно ведут свою борьбу. И ради чего?

К сожалению, нельзя просто взять и выжечь тех, кто тебе не нравится по той или иной причине. На смену им придут точно такие же люди. Человечество не меняется от мира к миру, но каждый, обретая капельку власти, начинает немного изменяться под ее влиянием.

Так было в Империи людей, так же случилось и в Российской Империи. И я уверен, если я начну всерьез разбираться в том, что происходит за границей, там картина будет ровно та же самая.

— Я могу даже предоставить места их встреч, — произнес глава рода Герасимовых. — Если вам вдруг захочется навестить их, чтобы не гоняться за каждым поодиночке.

— Звучит так, будто я должен от них избавиться, Анатолий Никодимович, — покачал головой я.