Мороз.К.О. - мэр Елкино (СИ)

— Че ты там делала?

Пожав плечами, хватаюсь за сильную шею, чтобы не шлепнуться, потому что в этот момент Костя привлекает меня к себе и упирается лицом в живот.

От горячего дыхания на коже мурашки рассыпаются.

Интересно, мой ответ еще нужен?

Зачем я ходила в секс-шоп?

Просто подумала: если натянуть на бревно развратный чехол, может быть, во второй раз не так все страшно будет?

— Тебе нравится? — спрашиваю зачем-то.

Губы Кости отлипают от моего пупка, а глаза выстраивают равнобедренный треугольник: с одной острой груди переходят на другую и достигают моего лица.

— Я, блядь, в восторге. Даже болеть перехотел…

— Не обольщайся, — смеюсь довольно. — Это укол действует шесть часов…

Тянусь ладонью ко лбу и смахиваю с него короткую челку. Проверяю на температуру — чисто профессиональное.

Затем ласково оглаживаю пальчиками широкие, густые брови, покрытые светлой щетиной щеки и подбородок — это уже личное.

— Ты девственница, Ника? — спрашивает Костя, видимо, так расценивая мою медлительность.

Хмурится.

— Нет… — мотаю головой.

Еще больше мрачнеет.

— Просто не умею это все… — смущаюсь.

— Что?

— Кончать… — откашливаюсь.

Я это вслух сказала?.. Зачем? На психотерапевта он не похож.

— Все ты умеешь. Ночью же кончила…

Между ног что-то вспыхивает.

— Я этого почти не помню…

— Так давай повторим.

— Если можно, — скучающе соглашаюсь. — Думаю, вряд ли у вас сегодня получится.

Он смеется.

— Расслабься, Скальпель!.. — хрипит поднимаясь и грубовато накрывает мои губы своими.

И я пытаюсь расслабиться, тем более остатки мозга меня покидают.

Касается промежности. Там слишком скользко.

— Думаю, ты кончишь раньше, чем я думал.

— Костя… — сжимаю ладонями широкое запястье, там внизу.

— Хочешь, чтобы я остановился? — тяжело дышит, но пока держится на периферии общего сумасшествия.

— Нет, — мотаю головой и стыдливо прикрываю веки. — Этого не хочу."

"— Тогда не думай ни о чем, — шепчет мне на ухо и проезжается губами по моему виску, щеке, подбородку, спускаясь к шее.

Да!..

— Констан-тин Оле-е-егович… — тело под напором сильной ладони выгибает взбесившейся дугой.

— Ш-ш…

Сдвинув зубами полоску кружевной ткани с мягкого полушария, обхватывает губами острый сосок, удваивая, а затем и утраивая мои головокружительные ощущения.

— О-ох…

Сдаюсь.

Мои руки тянутся к его волосам. Мягким на макушке и жестким на затылке.