Морозов. Начало (СИ)

Как бы силен и грозен ни казался рогач сейчас, Архимагистр в моём лице выжег бы эту мерзкую белёсую тварь волнами магического пламени, предварительно сокрушив все его барьеры... Эта зверюшка сумела бы дать мне хороший бой, без сомнения — но ни о каких, даже теоретических шансах проиграть у меня бы даже речи не шло.

Я нынешний в рамках кипящего сейчас сражения был лишь одним из множества камешков, подхваченных приливной волной разворачивающихся событий. Да, на некоторое время слегка усилившийся — но даже так я не сумею нанести ни единого ожога рогачу, достаточно на него насмотрелся, так что об этом можно и не думать.

Зато я могу спасти многих в лагере. Все целители, кроме меня, к несчастью остались сегодня в лагере — Звягинцев настоял, что нечего им делать там, лицом к лицу с рогачом, понапрасну растрачивая силы в битве. Их умения и навыки очень, очень понадобятся потом, после боя, и лишь от них будет зависеть, сколько человек переживет сегодняшний день — и было бы глупостью тащить драться тех, кому потом нас лечить.

Оставались они, впрочем, не одни — пехотный батальон с боевыми магами и целители всех прочих подразделений, что прибыли сюда, тоже решено было оставить в укреплённом лагере.

Меня взяли как раз потому, что во первых я сам просился, во вторых — уже всем стало понятно, что от килича в правой руке и огненной магии в моём случае толку будет больше, нежели от медицинских навыков. Лекарь-то я был, пожалуй, слабенький...

Расстояние, которое мы преодолели за час спокойной, неспешной трусцы до этого, сейчас стремительно покрывалось несущимися как ветер гибридами.

Первые тревожные признаки начали появляться уже в окрестностях лагеря — нам всё чаще попадались бегущие в том же направлении чудовища — по одиночке или небольшими группами.

Мы не тратили время, стремясь перебить каждую тварь — просто сметали тех, что стояли на пути, и мчались дальше. И когда мы прибыли к пункту назначения, я зло, с чувством помянул Зону, все её порождения и все те извращения, которыми они должны по моему мнению предаваться.

И не я один.

Боевая магия и ружейная стрельба пока ещё сдерживала наседающих тварей — в том и дело, что пока ещё. В лагере были не ограждающие стены крепостей Зоны, или же стены дворянских Родовых гнезд — ни тебе зачарованного, пропитанного магией гранита, ни магических систем обороны в виде заложенных в крепостной донжон боевых заклятий, ни даже артиллерии на стенах...