Морские гезы

— Золото возьму любое, — ответил Трентье Шуурман. — Если не фальшивое.

— У тебя будет время проверить каждую монету, — подсказал я.

— Это точно, — согласился он. — Сейчас закажу материалы, найму людей и завтра утром начну строить, — пообещал Трентье Шуурман и спросил напоследок: — Где ты учился кораблестроительному делу?

— В Венеции, — ответил я, вспомнив, что в прошлую эпоху венецианцы считались законодателями моды во всем, включая морское дело.

— Тогда понятно! — пренебрежительно произнес Трентье Шуурман.

 — Привыкли в своей луже плавать!

Подразумевал ли он под лужей Адриатическое море или Средиземное тоже — не знаю. Зато мне стало понятно, что моряки и кораблестроители Северной Европы превзошли своих южных учителей.

4"

"Литейная мастерская располагалась неподалеку от верфи. Я вырос в городе, где был огромный металлургический завод. Кто-то очень умный и дальновидный построил его в центре города. Трамвай, огибая небольшую часть завода, преодолевал этот путь минут за двадцать, не меньше.

Было время полюбоваться его высоким каменным забором и высокими корпусами, домнами, трубами. Частенько приходилось наблюдать багровые закаты, когда из домен выливали расплавленный металл. В такие часы соседка-астматичка задыхалась. Роттердамская мастерская показалась мне слишком маленькой. Конусообразная печь была одна, высотой всего метров пять. Ближе к воротам возвышалась небольшая горка металлолома, а возле печи — древесного угля и песка. Во дворе находились трое мужчин. Все в передниках и шапках из толстой кожи, покрытых пятнами ожогов. Двое деревянными лопатами перемешивали что-то черно-бурое в каменном корыте, а третий, видимо, хозяин, — тучный мужчина лет сорока трех с побитым оспой, красным лицом — стоял рядом и что-то тихо говорил им. Увидев меня, он ладонью размазал на шее и лице капли пота, вытер ее о передник и довольно быстро для своего тяжелого тела подошел ко мне.

— Чего надо? — спросил он грубо.

Видимо, я не походил на типичного заказчика или поставщика.

— Якорь хочу заказать, — ответил я.

— Кузница дальше, — произнес он. — Пойдем, покажу.

Кстати, все голландцы показывали дорогу с удовольствием. Иногда у меня складывалось впечатление, что они выходят из дома именно для того, чтобы показать чужаку правильное направление. Могут бросить работу и пройти с тобой пару сотен метров, чтобы ты уж точно не заблудился.

— Мне нужен не кованый, а литой, — остановил его.