Морские гезы

— Из самой Ост-Индии привезли, поэтому и стоит так дорого, — сказал в оправдание аптекарь и, чтобы я не передумал, предложил: — Сейчас мой помощник вернется и бесплатно отвезет все покупки… Куда их доставить?

— В «Глиняную кружку» Петера Наактгеборена, — ответил я.

— Через час всё будет в трактире в целости и сохранности! — заверил аптекарь.

Я быстро расплатился и выскочил из лавки, потому что начало зудеть тело — явный признак аллергии. Отбежав от нее метров на пятьдесят, перевел дух. Зеленщик, возле которого я остановился, посмотрел на меня с понимающей улыбкой.

На соседней улице, где были лавки портных, купил три белые полотняные рубахи, короткий темно-синий дублет и двое черных штанов-чулок, не слишком широких в бедрах и заказал из толстой кожи плащ и шляпу с широкими полями, а из тонкой мягкой — куртку и длинные штаны, которые попросил пропитать воском. На яхте водные процедуры — обязательная часть плавания. С сапожником договорился о двух парах высоких сапог. Иногда воды в кокпите бывает больше, чем хотелось бы.

Запасная сухая обувь не помешает. Если промокает одежда, я могу простудиться, а могу и нет, а вот в мокрой обуви — обязательно.

В сумке осталась всего несколько монет. Я потратил одну на кольцо кровяной колбасы и пшеничную булку и, жуя на ходу, отправился знакомиться с городом. Пытался угадать, где будет железнодорожный вокзал, где — телевышка, напоминающая Останкинскую, где — мост-Лебедь. Так прозовут мост из-за изогнутых вантовых опор.

Точно определить места не смог. Может быть, нынешний центр города не совпадает с будущим. Впрочем, в Роттердаме во все времена центр города — это река."

"На этой площади я оказался случайно. И ведь хотел повернуть в другую сторону. Привлекли гудение труб и звон литавр. С одной стороны площади, вымощенной красно-коричневым кирпичом, была двухэтажная ратуша, сложенная из него же. Из-за этого казалось, что площадь — часть ратуши. На ступеньках ратуши стоял профос (полицейский) с надраенным жезлом в правой руке.

На верхушке жезла был шагающий на задних лапах лев. На профосе был черный берет, как бы раздутый, напоминающий шляпку гриба, и черный длинный гаун, подпоясанный широким кожаным ремнем с рапирой в позолоченных ножнах. Возле крыльца стояли два десятка пехотинцев в шлемах-морионах с высокими металлическими гребнями и сильно загнутыми спереди и сзади полями и в кирасах. Вооружены гвизармами и длинными кинжалами.