Такой же щит сделали и Гилберту, но умбон и окантовка были из простого железа. Все это заняло несколько месяцев. Закончили кузнец и его подмастерья только в начале мая.
В конце февраля, перед началом поста, Фион стала матерью в первый раз, а я отцом вроде бы в пятый. Отцовство — очень сомнительный статус. По статистике в двадцатом веке каждый третий мужчина воспитывал чужого ребенка. У нас родился сын, которого назвали Ричардом. Фион называла его на валлийский манер Ришарт. Перед родами она как бы по секрету сообщила мне, что Гилберту нравится Краген.
А мне показалось, что наоборот. Я хоть и был занят с утра до вечера на стапеле или в кузнице, но и сам заметил, что у этих двоих при моем появлении лица становятся чересчур равнодушными. Да и чего стоило ожидать, когда молодой мужик и баба ночуют под одной крышей?! Не знал, насколько далеко зашли их отношения, но во время очередной тренировки, я спросил рыцаря, собирается ли он поступить по-рыцарски? Гилберт подтвердил серьезность своих намерений.
В конце первой недели жизни Роберта, мы свозили его в церковь в Беркенхеде и крестили, а заодно поженили Гилберта и Краген. Обе процедуры проходили быстро и просто, без той торжественности, какая их ждет в будущем. По такому случаю я устроил пир. На улице было холодно и сыро, а в дом все не помещались, поэтому гости праздновали по очереди, мужчины на втором этаже, женщины на первом. По случаю рождения первого сына деревенские преподнесли полагающийся подарок: из Морской — три шиллинга, из Лесной — два.
На пир я потратил намного больше.
В начале мая была достроена шхуна. Ее просмолили и спустили на воду. Деревенские женщины сшили паруса, основные и запасные, наплели из пеньки канатов. Поскольку все эти работы шли в зачет оброка, от желающих не было отбоя. Изготовили быстро, до наступления сева.
Я сходил на шлюпе в Честер, отвез на продажу овечью шерсть, состриженную в начале весны с нашей большой отары, и доставил домой пятерых плотников. Тони с благословения отца остался в деревне, поскольку ему приглянулась одна девица.
Да и работа была для него: несколько моих матросов разбогатели прошлым летом настолько, что решили обзавестись лодками и сетями, чтобы ловить рыбу в свободное от походов время. Я забрал в Честере заказанные детали и инструменты из бронзы, в том числе чашу для компаса и детали квадранта. Ранульфа де Жернона, графа Честерского, в замке не было. Он уехал в свои владения в Средней Англии.
