Морской лорд

Я с рейда предупредил ее и Фион, что будет гость. Обе принарядились. Уверен, что мать и сестры Томаса на их фоне выглядели бы нищенками. Девушка произвела на юного рыцаря впечатление. Наверное, так в его мечтах выглядела «прекрасная дама». Во время пира, который я устроил по случаю успешного завершения рейса, Томас не сводил с Эйры глаз. Она делала вид, что у нее таких — вагон и маленькая тележка."

"Утром я отправился на шхуне в Честер, чтобы продать оставшуюся добычу. Ошвартовались под вечер, потому что пришлось подождать, когда прилив наберет силу.

На пристань выгрузили моего нового иноходца, и я поскакал на нем в замок в сопровождении четырех пеших лучников. Меня так и подмывало захватить небольшой презент для графа и его сводного брата, но здесь не принято, чтобы вассал делал подарки сеньору без уважительной причины, каждая из которых строго оговорена: посвящение старшего сына в рыцари, замужество старшей дочери… Это сеньор должен одаривать своих вассалов без всякой причины.

Ранульф де Жернон, граф Честерский, и его сводный брат Вильгельм де Румар, лорд Болингброк, были в замке. У лорда Вильгельма есть замок Болингброк в Линкольншире. Говорят, это типичный мотт и бейли с каменно-деревянным донжоном. Видимо, донжон слишком маленький, или неуютный, или в нем слишком скучно, поэтому Вильгельм де Румар большую часть года гостит у брата. На этот раз они не играли в шахматы, а сидели в ожидании ужина у горящего камина, из которого исходил приятный запах горящих сосновых дров.

Во второй половине дня пошел дождь и похолодало.

Вильгельм де Румар обрадовался мне:

— Только подумал, что пора бы тебе объявиться — и вот он ты!

— Надо было раньше подумать, а то я никак не мог вернуться, — пошутил я.

— Попал в передрягу? — поинтересовался лорд Болингброк.

— Наоборот, взял хорошую добычу, привез ее продавать, — ответил я.

О том, что большая часть добычи уже продана, промолчал. Слишком богатый вассал — это обидно и опасно. Причем опасно для обоих.

— Что за добыча? — спросил де Румар.

— Специй, благовония, дорогие ткани, стеклянная посуда, мыло, — ответил на его вопрос и добавил: — Всего понемногу.

— Я утром пришлю эконома. Мне нужны специи и благовония. Может, и ткани куплю, — сказал граф Честерский.

— Буду ждать его утром, — сказал я.

— Переночуешь здесь, и утром с ним поедешь, — решил за меня лорд Болингброк. — Сейчас ужин подадут.

За столом он выделил мне место рядом с собой.