Как только последний всадник свиты проехал в арке ворот, я скомандовал ребятам у ворота:
— Поднимайте.
Они закрутили ворот, налегая на рукоятки всем телом. В это время стража, стоявшая снаружи, закрыла внешние ворота. Тут же с грохотом упала защитная решетка. Рыцарь с усталыми глазами затрубил в рог.
Ехавшие последними рыцари свиты обернулись на шум и увидели, как, будто из ниоткуда, появляются пехотинцы с рогатками, которыми перекрывают улицу. А передние уперлись в другие рогатки, которые не давали им проехать к замку или свернуть на другую улицу.
Сразу же в окнах домов на вторых этажах и на крышах появились валлийские лунники. Ловушка захлопнулась. Король и его свита не сразу поверили в это. Они стояли на месте, словно ожидали, что сейчас кто-нибудь скажет, что их разыграли.
К ним с другой стороны рогаток подъехали Ранульф де Жернон, граф Честерский, и Вильгельм де Румар, лорд Болингброк, со своими свитами.
Рыцари короля расступились, и он сам подъехал к рогаткам на переговоры. Беседа длилась с полчаса. Видимо, переговоры закончились успешно, потому что рогатки раздвинули, и король Стефан без свиты поехал с графом Честерским и его сводным братом к собору. Уверен, что там его заставят поклясться. Но нас это не касалось. Сражения не будет — и на том спасибо! Хотя могли бы взять неплохие трофеи.
Король переночевал в доме епископа, а принц Шотландский и их свиты — в замке.
Одни из рыцарей короля крикнул со стены, чтобы обоз и пехота располагались на ночь на лугу у города. Что те и сделали. Валлийцы всю ночь охраняли ворота. Попыток проникнуть в город или убежать из него никто не предпринимал.
Утром король Стефан, принц Шотландский, их свиты, обоз и охрана поехали дальше. Ранульф де Жернон и Вильгельм де Румар проводили их до начала леса, а потом вернулись в город. Оба выглядели очень довольными.
На обратном пути граф Честерский сделал мне знак головой, чтобы присоединился к его свите. Я уже успел снять бригантину, наручи и поножи, оставался только кольчуге и шлеме. Ехал на своем иноходце, который сильно выделялся на фоне невзрачных коней остальных рыцарей. Лучше жеребцы были только у графа и лорда. Направились мы в замок, подъемный мост которого был опущен, а ворота открыты. Стража приветствовала графа, как хозяина.
