Морской лорд

Когда мы подошли к кормовой надстройке, из капитанской каюты послушался испуганный голос:

— Мы сдаемся! Мы тоже христиане, не убивайте нас!

Мне вообще-то по барабану, христиане они или нет. Я не убиваю тех, кто сдается, не зависимо от национальности и конфессии.

— Бросайте оружие и выходите! — приказал я.

Из каюты вышел генуэзец с черной кучерявой шевелюрой, макушку которой прикрывала маленькая круглая розовая шапочка, короткой холеной бородкой на ухоженном лице, покрытом загаром. Карие глаза его быстро бегали из стороны в сторону.

В правом ухе висела золотая серьга с розовой жемчужиной. На генуэзце была розовая шелковая туника длиной ниже коленей, а сверху что-то типа кафтана к короткими рукавами, черного, с золотым узором по подолу. Ремень с золотой или позолоченной застежкой, а на нем висят пустые ножны с золоченым наконечником. На ногах кожаные сандалии, порядком разношенные. Видимо, не ждал гостей, не успел переобуться.

— Я заплачу выкуп! — сразу сообщил он.

— Сколько? — поинтересовался я.

— Сколько скажешь, — заверил генуэзец, сразу обретая уверенность.

Я не знал, сколько стоит генуэзский купец. По аналогии с рыцарем, половину его владений. Но каковы они? Неф с грузом стоит, наверное, не меньше сотни. Но ведь это не все, иначе бы не было из чего заплатить выкуп.

— Сто фунтов серебра, — заломил я.

Сумма не смутила купца."

"— Это слишком много! У меня столько нет! — запричитал он, но я заметил, что делает это по привычке торговаться.

— А я думаю, что мало… — медленно произнес я.

— Сто так сто, договорились! — быстро произнес генуэзец.

— А где ты их возьмешь?! — поинтересовался я.

— Зайдем в порт и, если там будут любой генуэзский купец, я сразу заплачу, — пообещал он.

— В каком порту они точно будут — Бресте или Кане? — спросил я.

— Лучше в Брест, — ответил купец.

— Какой груз везешь? — спросил я.

— Разный, — ответил он.

— Стекло есть для окон или витражей? — спросил я.

— Нет. Его очень трудно везти, бьется, — объяснил купец.

— Да уж, — согласился я.

— Готов выкупить свой груз еще за… двадцать фунтов, — предложил купец.

Значит, груза этого по местным ценам фунтов на сто. Ладно, не будем обирать его до нитки.

— Пятьдесят за груз и еще пятьдесят за судно. Всего двести, — подсчитал я.

— Откуда у меня столько денег?! — завопил купец.

— Тогда судно и груз останутся мне, заплатишь только за себя, — решил я.

В душе генуэзца жадность быстро договорилась с расчетливостью.