Морской волк

Довел мужичок меня до постоялого двора, в который заглянул, но заходить не стал, отправился в обратный путь. Вместо него ближе к вечеру появился мальчишка, такой же худой и чумазый, как нанимали мы. В руках он держал нашу миску со свежей мамией.

— Шевалье, купите мамию! Очень вкусная! Отдам не дорого! — произнес он, как пароль.

Я заплатил мальчишке грош — раз в тридцать больше, чем стоит десерт. Наверное, столько же пацаненок получит от того, кто послал. Скорее всего, от крестьянина, стоявшего метрах в ста от постоялого двора, на перекрестке, и поглядывавшего на коллег с легким презрением воина.

Внутри мамии было письмо, залитое воском. Я забрал письмо, а десерт отдал своим стражникам. Никто из них не умер.

— Пора нам в обратный путь, — сказал я купцам за ужином.

Они были проинструктированы Франческино Нори, что выгода вторична, ее возместят с лихвой, а первичны мои приказы. На следующий день купцы со стенаниями о бедной своей доле и жалобами на неблагодарных покупателей сбагрили по дешевке остатки товара и нагрузили телеги закупленными ранее наваррскими, в основном кожами, вяленой морской рыбой, привезенной с побережья, и местным вином в бочках.

Несмотря на то, что во Франции производили много своего вина, неплохо продавалось и испанское, португальское, итальянское и даже греческое, которое считалось самым лучшим и стоило дороже. Подозреваю, что именно турецкая оккупация Греции помогла французам подвинуть греческие вина с первого места и прочно закрепиться на нем.

Обратный путь был скучен.

Перевелся бригант в этих краях! В Памплоне к нам присоединилась толпа паломников, возвращавшихся их Сантьяго-де-Компостела. У каждого на шляпе был медальон с ликом святого Иакова, чтобы все знали, что данный человек совершил паломничество в Сантьяго-де-Компостела. Типа медали «За отвагу» — хвастайся и гордись. Благодаря паломникам, каравану разрешали бесплатно ночевать в хосписах при монастырях. Паломники и питались там на халяву, но купцам приходилось платить за еду и фураж.

Франческино Нори в Лионе не было. Он отправился по делам в Женеву. Я не стал дожидаться. Присоединившись к каравану, идущему на Париж, добрался до Буржа. Там отдохнул два дня и с другим караваном отправился в Тур. Прибыли вечером, но Жан Дайон предупредил меня, что король не любит ждать. Поэтому я сразу отправился в Плесси."

"Шотландские гвардейцы, охранявшие короля, доложили обо мне, получили приказ пропустить, после чего проводили в кабинет.