Морской волк

"

"Ждали мы короля Франции почти две недели. За это время мой кутильер дважды проведал мать и младших сестер, а Тома научился готовить любимые мною блюда и наслушался матов на русском языке из-за того, что тормозит не только телом, но и мозгами. В минуты особого раздражения я до сих пор употребляю сокровища русского языка. На других языках не так глубоко чувствую сакральный смысл заповедных слов. Французы считают, что ругаюсь на турецком. Для них непонятное и турецкое — синонимы. Во время очередного визита в Плесси я узнал, что король сейчас в городке Пон-де-Сэ ведет переговоры с бретонцами, и правильно предположил, что это надолго, а потому пора Магомету идти к горе.

Тем более, что до Тура добралась новость, что на Шарля Тоннерского совершили покушение неблагодарные подданные, выстрелив из аркебузы, но промазали и случайно попали в гостившего у него Пьера де Бофремона, графа де Шарни. Пуля, пробив кирасу, угодила в живот. На черта эти кирасы покупать, если не спасают?! Граф де Шарни помучился три дня — и отправился кататься на санках по Млечному Пути.

Пон-де-Сэ можно, конечно, назвать городом, но, по моему мнению, к нему больше подходит слово бастида, то есть, большое село, кое-как укрепленное. Был ров шириной метров пять, вал примерно такой же высоты с палисадом поверху и две надвратные башни на одной улице, в противоположных ее концах. Под стенами бастиды расположилась лагерем часть французской армии. Солдаты жили в одинаковых палатках, расставленных ровными рядами.

Как мне рассказали, теперь ядро армии составляли регулярные войска — ордонансные роты, в которых было по пятьдесят, сто или двести «копий», и вольные стрелки. К последним относились все пехотинцы: лучники, арбалетчики, аркебузиры, пикинеры, алебардщики, артиллеристы. Вольными их называли потому, что были освобождены от налогов. Кстати, аркебузы все еще были с коротким стволом, иначе не зерненым порохом трудно заряжать, и без плечевого приклада, а с подмышечным коромыслом. Стреляли из них с упора. Прочие отряды, набираемые временно, включая рыцарей, решали второстепенные задачи. Простолюдин, служивший жандармом в ордонансной роте, теперь был важнее рыцаря. Да что там жандарм! Любой артиллерист котировался выше рыцаря. Благородное сословие было опущено ниже плинтуса. Именно в это время игры в рыцарей были на самом пике.

Король остановился в доме виноторговца, а не в замке Бриссак, расположенном неподалеку от Пон-де-Сэ.