Морской волк

По требованию корабелов был приглашен за десять золотых священник, который окропил палубу красным вином. Видимо, вино заменило кровь жертвенных животных или людей. Затем адмирал Жан де Монтобан пожелал кораблю долгих лет плавания и выпил вино из нового, специально купленного, серебряного кубка, который зашвырнул далеко в море. Полет кубка проводило множество пар глаз. Во время отлива здесь будет много желающих разбогатеть.

Теперь барк был готов отправиться в поход. Кладовые заполнили оружием, боеприпасами, доспехами, запасными материалами, едой и бочками с водой.

Экипаж из тридцати матросов, пятидесяти комендоров и двадцати морских пехотинцев — арбалетчиков и аркебузиров — обучен и размещен в каютах и кубриках. Матросы и арбалетчики будут получать по четыре экю в месяц, аркебузиры и комендоры — по пять, младший командный состав — по семь, а офицеры — по десять. На корме с правого борта находилась моя большая каюта с кабинетом, спальней и санузлом, с левого — каюты поменьше для двух шкиперов, которые выполняли обязанности лейтенантов, а между ними — совсем маленькая для Лорена Алюэля и Тома. Под нами были винный погреб и каюта для «унтер-офицеров»: боцмана и его помощника, двух старших комендора, по одному на каждый борт, сержанта морских пехотинцев, счетовода, плотника и лекаря. Рядовой состав располагался в двух кубриках в носовой части, матросы отдельно от пехотинцев. Так им будет легче враждовать и труднее сговориться.

К тому времени с Карлом, герцогом Бургундским, было подписано перемирие, но началась война с Хуаном, королем Арагона, Наварры и Сицилии, из-за графства Руссильон.

Несколько лет назад Людовик, король Франции, одолжил ему денег, взяв в залог это графство. Король Хуан считает, видимо, что долги возвращает только трус. Руссильонцы поддерживали то одну сторону, то другую. Я сразу вспомнил Роже де Слора, родившегося в Руссильоне и ставшего графом Афинским. Он тоже всё время старался поддерживать ту сторону, которая, по его мнению, сильнее. Знал, где родиться."

"Перед отплытием адмирал Жан де Монтобан вручил мне грамоту, которая свидетельствовала, что я служу королю, а потому имею право захватывать суда воюющих с ним стран. В благодарность за нее придется отдавать десятую часть добычи. Из оставшегося две трети заберу я, как капитан и судовладелец. Команде достанется маловато. Я предупредил об этом. Народ поворчал, но никто не ушел.