Онлайн-библиотека книг
Система связи с «правой рукой» была отработана, так что засечь этот звонок не могли ни АНБ[2], ни ФАПСИ[3], слишком коротким был сигнал «почтовому ящику».[4]
– Слушаю, – из динамика донесся голос уставшего от жизни человека.
– Вы продаете картину Репина «Грачи прилетели»? – поинтересовался Сервант.
– Да пошел ты, – огрызнулся уставший голос и отключил телефон.
– Все правильно, – буркнул Сервант и, глянув на настенные часы, добавил: – Если не уложатся в пятиминутный регламент, приеду, оторву ноги и руки. – Авторитет не успел себя настроить на агрессивный лад, как его телефон разразился звонком.
– Привет, курортник, – донесся до него голос Грача, первого помощника авторитета, которого Сервант оставил в Черноморске вместо себя.
– Как там в нашем славном городе дела?
– Дела в порядке, – коротко ответил Грач. – Только нам едни появлялись околоточные[5], интересовались, когда вернешься в родные пенаты.
– Да бог с ними, убогими, – рассмеялся Сервант, представляя на мгновение тех, кому пришлось отрабатывать чеченский заказ.
"– Понял, нет проблем, – откликнулся Грач. – А куда прислать?
– А в ту гостиницу, где мы два года назад оттопыривались, помнишь? И не позднее завтрашнего вторника.
– Все будет в лучшем виде, – заверил патрона Грач, прежде чем отключиться.
Примитивный шифр уголовников уберегал если не от дотошных оперов (взяв след, те и в задницу без фонаря залезут), то, по крайней мере, от нападок прокурорского обвинителя, если дело доходило до суда. Разговор произошел самый нейтральный, хотя за это время Сервант успел вызвать самых надежных бойцов своей группировки, и предупредил тех, чтобы взяли по два комплекта документов.
…Этой же ночью в машинном отделении пассажирского лайнера «Варшава» внезапно вспыхнул пожар. Пять часов вызванные пожарные боролись с огнем.
