Морской закон

Через пять минут оставшийся в корреспондентской ложе Робин Гуд, выставив откидной приклад в израильском автомате «узи», тщательно прицелился и в три бесшумных выстрела отправил последних террористов в лучший из миров.

Такая картина повергла заложников в тихий шок. Потом две пары рук утянули трупы двух боевиков, замерших у дверей в коридор. И наконец в конференц-зал вошел верзила, его лицо надежно скрывала черная маска, на правом плече висел стволом вниз автомат.

Гигант неспешной походкой праздного гуляки прошел через зал, поднялся на сцену и, ухватив за ремень труп последнего боевика, взвалил на свободное левое плечо и так же не спеша покинул помещение.

У самых дверей он внезапно остановился, внимательным взглядом обвел толпу испуганных туристов и гостиничной обслуги, потом выставил указательный палец и приложил его к маске на уровне рта, сжал руку в кулак и угрожающе им потряс. Тут и без слов было все понятно, молчите, а то худо будет.

Все происходящее энтузиазма заложникам не прибавляло, а гигант, поддерживая одной рукой труп, вышел из зала…

Военная мощь братков увеличилась на три «калаша», столько же пистолетов и ножей, а также на добрый десяток магазинов и ручных гранат.

Теперь оставалось только выбраться из гостиницы «Аль Рашид».

Стащив с головы маску, Лом вопросительно посмотрел на связанного боевика, следовало в форсированном режиме разговорить парня. Но начать допрос он не успел, из-за поворота появилась нескладная фигура Седуксена.

– Что случилось? – с тревогой уставился на него Лом.

– На крыше уже высадился десант. Я их немного шуганул, дверь на чердак запер и заминировал. Но, думаю, надолго их это не задержит.

Времени у братвы оставалось еще меньше, чем рассчитывал бывший главный старшина. Тяжело вздохнув, Лом перевел вопросительный взгляд на Чечельницкого:

– Роман Львович, ты в каких языках силен?

– Говорю свободно на идиш, английском, французском, – начал перечислять экономический советник пахана.

– Хуже знаю немецкий и испанский.

– А арабский? – в голосе Лома прозвучала скрытая надежда.

– Арабский совсем не знаю.

Однако расстроиться братки не успели, до сих пор лежащий без движения связанный террорист замычал, задергался.

– Чего дергаешься, припадочный? – пнул слегка его в бок ногой Лом и приказал Пыху: – А ну, вытащи кляп.

Тот поспешно выдернул свой носовой платок изо рта пленника.

– Товарищи, я могу говорить по-русски.