Мошенники

Он написал только, что работает ночным сторожем, но что работа эта временная, только до первого мая, а после этого он вообще сможет, наконец, позволить себе уйти на пенсию. Вот и все, что он написал мне.

— А что он хотел сказать этим — первым мая и пенсией?

— Понятия не имею. Мой отец всегда был полон всяких заманчивых идей. — Смит немного помолчал. — Правда, из них так ничего путного и не вышло.

— Сможет позволить себе уйти на пенсию, — повторил как бы про себя Эрнандес. — А откуда у него появятся средства на это? Это что, с жалования ночного сторожа?

— Да и на эту работу он едва успел устроиться, — сказал Смит.

 — Нет, наверняка он не имел в виду эти заработки. Он, видимо, рассчитывал на что-то другое. Скорее всего, это был его очередной план быстрого обогащения.

— Но он ведь писал вам, что будет работать там только до первого мая, так ведь?

— Ага.

— А он не упоминал в письме о том, что это за фирма, в которую он устроился? Он не писал, где именно он работает?

— Нет, не писал. Я уже говорил вам об этом.

 — Смит помолчал. — Зачем вообще кому-то могло понадобиться убивать его? Он в жизни своей не обидел ни одной живой души.

И тут только он заплакал по-настоящему, закрыв лицо руками."

"Лавочка по прокату театрального реквизита располагалась в центральной части Айсолы на Детановер-авеню. В витрине ее было выставлено три манекена. Первый был в костюме клоуна, второй наряжен пиратом, а третий — в форме летчика времен первой мировой войны. Стекло витрины было давно немытым, наряды на манекенах покрылись пылью и, похоже, их здорово попортила моль.

В помещении все выглядело тоже мрачновато: залежалые пыльные костюмы и в самом деле не пощадила прожорливая моль. Владельцем лавки был неунывающий мистер Дуглас Мак-Дуглас, который в прошлом мечтал о карьере актера, но вынужден был удовлетвориться, так сказать, смежной профессией. И сейчас, лишенный возможности реализовать свою мечту на театральных подмостках, он старательно помогал другим воплощать прекрасные образы на сцене, сдавая по сходной цене костюмы, в которых такие же, как он, одержимые театром играли в любительских спектаклях, посещали балы-маскарады и так далее. Он не мог составить конкуренции более крупным фирмам проката театрального реквизита, да и не очень стремился к этому. Просто он был человеком, который счастлив тем, что имеет возможность заниматься любимым делом.

Когда глухой вошел в его лавочку, Дуглас Мак-Дуглас сразу же узнал его.

— Здравствуйте, мистер Смит, — сказал он.