Мошенники

Рейф набрал номер одиннадцатого по порядку телефона и спокойно дожидался, когда снимут трубку. Когда трубка ожила, он осведомился:

— Это мистер Кармайкл?

— Да, — отозвался мужской голос. — Кармайкл вас слушает.

— Убирайся вон из своего помещения, Кармайкл! — крикнул в трубку Рейф. — И постарайся сделать это до тридцатого апреля, иначе я убью тебя!

Глава 8

— Машина номер двадцать три, машина номер двадцать три, ответьте тринадцатому, ответьте тринадцатому.

— Двадцать третья машина слушает.

— Сигнал тринадцатого.

Грэмерси-стрит, жалобу подал Сергей Роснакофф, дымовая бомба в печи для сжигания мусора. Сигнал номер тринадцать. Машина номер тридцать шесть, машина номер тридцать шесть, сигнал номер одиннадцать…

— Говорит тридцать шестая. Тридцать шестая слушает. Что там у вас?

— Говорит двадцать третья. Какой адрес вы называли?

— Погодите, тридцать шестая. Двадцать третья, я его вам дважды повторял, двадцать третья. Чем вы…

— Говорит тридцать шестая, говорит тридцать шестая, перехожу на прием.

— Адрес семь-три-пять по Грэмерси. Теперь запомните, двадцать третья.

— Семь-три-пять Грэмерси. Вас понял. Прием закончил.

— Машина тридцать шестая, машина тридцать шестая, отзовитесь.

Глава 9

Лейтенант Сэм Гроссман был представителем той редкой ныне породы людей, которые испытывают гордость, занимаясь своим делом. Так что он был не из тех, кто стал бы дожидаться официального запроса об информации, если эта информация уже имелась в его распоряжении.

Весь понедельник он упорно трудился над остатками спичечной коробки, которая была обнаружена среди обгоревших ошметков, извлеченных из печи для сжигания мусора. Кроме того, у него была машинописная копия письма Догерти, и поэтому он знал, что Стив Карелла заинтересован в этом деле. Но даже будь это вовсе не давний его приятель, человек, которого он отлично знал и любил, а самый обыкновенный патрульный полицейский, вышагивающий по тротуарам Маджесты, отношение Гроссмана к делу было точно таким же. Сейчас он владел информацией, которая могла оказаться весьма ценной для расследования. И черт побери, он не намерен был дожидаться, пока ему позвонят и попросят ею поделиться.

Следует особо отметить, что Гроссман получил эту информацию не по счастливой случайности и даже не с помощью рутинного набора лабораторных тестов. Вы наверняка и сами понимаете, что есть лабораторные опыты, не требующие ни особого искусства, ни даже терпения.