Московский полет

Перед камерой стояло человек сорок, я пристроился со своим чемоданом в эту очередь, но предварительно вытащил из него сумку с американскими сувенирами. Отстояв в очереди минут десять, я увидел табличку, которая сообщала, что сутки хранения одного чемодана в камере хранения стоят пять копеек. Но именно эта мизерность стала для меня очередным испытанием. Пять копеек за хранение единственной в мире копии моего фильма?

– Ну! – Небритый мужик-приемщик требовательно протянул руку через низкий, как ступенька, барьер.

Я поставил чемодан на этот барьер, протянул ему рубль.

– А мелочи нет? – сказал мужик недовольно.

– Возьми рубль! – попросил я, считая, что за рубль мой чемодан будет в большей сохранности.

– У меня сдачи нету всем с рубля давать!

– Не надо сдачи, возьми рубль, – повторил я негромко.

– Еще чо! – возмутился он, достал из-под стойки грязную тарелку с мелочью и отсчитал сдачу – ровно 95 копеек. Потом бельевой прищепкой прицепил к ручке моего чемодана картонку с цифрой 311, выдал мне талончик-квитанцию и поволок мой чемодан в глубину камеры хранения.

Я почти с ужасом смотрел ему вслед, словно от меня оторвали ребенка и уводят в сиротский дом. «Господи, – подумал я, – ведь этот фильм старше моей дочки вдвое!..»

И хотя меня отталкивала от барьера какая-то тетка с узлами, а за ней напирала очередь человек в тридцать, я все стоял у приемного окна, следя, куда этот мужик несет мой чемодан. И только убедившись, что он поставил его на нижнюю полку, в гнездо с цифрой 311, и успокоившись, я пошел искать кассы для депутатов Верховного Совета и Героев Социалистического Труда.

Тут я должен прерваться для уточнения стилистических нюансов. Потому что стандартные глаголы типа «пошел», «вышел», «поднялся по лестнице», «стоял в очереди» и т. п., которые на Западе означают естественное человеческое перемещение в пространстве, – эти глаголы наполнены в СССР иным, куда более многозначным содержанием.

Я думаю, что некое представление о советской емкости этих глаголов может дать читателю, скажем, кинохроника времен американской депрессии, когда тысячные толпы людей штурмовали банки в надежде спасти свои деньги. Вот если вы представите себе, что внутри этих остервенелых толп вам нужно «пойти», «подняться по лестнице», «подождать», «пересечь» и т. д., вы приблизитесь к русскому пониманию этих глаголов.