Она поняла, что произошло. Убийца воспользовался тем, что она оставила дверь квартиры приоткрытой, и вошел туда. Спрятался…
– Я стою… – прошептала она. Надо было притвориться, что она ничего не поняла. Что она понятия не имеет, кто мог войти в ее квартиру: – А вы кто? Грабитель? Так у меня ничего нет. Я – безработная. У меня только продукты… мне подруга принесла… Я вообще-то болею…
– Да заткнись ты, балаболка.
Он схватил ее за руку и резко повернул к себе. Так и есть – джинсовая кепка на глазах…
Только теперь в лицо ей почти упиралось дуло пистолета.
Того самого пистолета, который, возможно, еще был теплым от того первого и единственного выстрела, лишившего жизни парня, лежащего теперь в луже крови возле мусоропровода…
– Где ведро? – спросил убийца.
– Зачем тебе ведро? – удивилась Люба. А потом поняла – по содержимому мусорного ведра (в случае, если бы она бросила его на месте, рядом с трупом) можно было бы установить, кому оно принадлежит, следовательно, она стала бы для работников милиции свидетелем… Или что-нибудь вроде этого…
– Да вот же оно, на полу… – Она осторожно повернула голову к двери.
Парень снял кепку, и она увидела розовый ободок – рубец от тесной кепки на мокром от пота лбу. Лоб был низким, глаза маленькими, бегающими. Зато нос и рот у преступника были крупные. Да и вообще он был настоящим уродом.
– Значит, так, – сказал он тихо, но так, чтобы она его услышала. – Я поживу тут у тебя пару-тройку дней, пока все не утрясется.
Не трону тебя, если не сделаешь глупостей…
– Только телефонный кабель не перерезай, – сразу предупредила она, – потому что, повторяю, за мною присматривают, как за больной… И если будут проблемы с телефоном, вызовут мастера, если же я не открою дверь – ее взломают или же… Если придет моя подруга, у нее есть ключи… надо что-нибудь придумать, вести себя естественно…
Убийца стоял и смотрел на нее, пытаясь понять, издевается она над ним или нет.
"
"– Я серьезно… Если не веришь, пойдем, я тебе кое-что покажу…
Он пожал плечами, они вместе вошли в комнату, и он увидел разложенные на столе продукты.
– Видишь? Меня навещают, приходят ко мне… Я могу сказать, что ты мой друг, родственник…
Она хотела, чтобы как можно скорее прошли эти два дня и он исчез из ее жизни. Она сделает все, чтобы ему было здесь спокойно. Ей нет дела до того, кого он убил… Вернее, она сделает вид, что ей нет дела.
