Московский инквизитор

Те, кто затевал эту провокацию, никак не могли ожидать, что ситуация выйдет из-под их контроля, и теперь им жизненно необходимо либо убедить всех в своей правоте, то есть сделать из Гурова оборотня в погонах, а Марию — его соучастницей, либо ликвидировать их по принципу: нет тела — нет дела. А ехать в Саратов надо! Что предпринять? За окном начало уже сереть, когда Гуров решил, что все-таки стоит лечь и поспать. Вот приедет завтра, то есть уже сегодня Степан они все и обсудят.

А Степану в тот день тоже пришлось нелегко.

Во-первых, надо было как-то связаться с Крячко, чтобы успокоить его и Орлова, а то они, тревожась за Гурова, действительно могли наломать дров. Но это он решил поручить отцу — он со Станиславом Васильевичем дружит, вот пусть и выкручивается."

"Николай Степанович Савельев, ворочавший миллионами, причем не рублей, исполнительный директор и главный акционер ЗАО «Сибирь-матушка», имевшего филиалы во всех крупных городах Сибири и Дальнего Востока, давно уже смирился с тем, что его сын живет своей, совершенно непонятной для него жизнью и совсем не собирается идти по его стопам, и теперь делал главную ставку на внука, проча его в свои преемники — то, что малыш еще даже говорить толком не умел, его не смущало.

Выслушав просьбу сына пригласить к себе в офис Крячко, потому что ему нужно передать ему кое-что от Гурова, Савельев только вздохнул и снял трубку — о том, что случилось со Львом и Марией, он уже знал из новостей по телевизору и понимал, что это для дела.

А Стас и Петр к вечеру уже вконец извелись.

Они сидели в кабинете генерала, и Орлов кипел от возмущения:

— Сволочь! Хоть бы позвонил и сказал, как у него дела. И ведь телефоны все отключил! Меня из службы собственной безопасности уже чуть не изнасиловали — вынь да положь им Гурова. Последний раз полчаса назад звонили! А его что, им рожу?

— Эгоист он! И ты сам это не хуже меня знаешь! — поддержал его Крячко. — Ему на нас плевать! Но раз они его не нашли, значит, он не задержан. Хоть это утешает.

— Стас! Подумай, в какую нору он мог забиться?

— А черт его знает! — взорвался тот.

 — У него должников по Москве, как у сучки блох! К любому обратится, и будет у него и стол, и дом! И отсиживаться он там может сколько хочет!

— Ну хоть бы через кого-нибудь дал понять, что у него все в порядке! — воскликнул Орлов.

Именно в эту минуту на сотовый Крячко и позвонил Савельев.

— Привет, Стас! В офис ко мне не подъедешь? Тут мужики из Сибири гостинцы прислали, — радушно пригласил он.