Онлайн-библиотека книг
Им вторили развешанные на ветвях гроздья деревянных и металлических трубочек. Соударяясь при малейшем дуновении ветра, они наполняли древесный город мелодичными перезвонами – медными, серебряными, или состоящими из гулких сухих щелчков.
Проводник-золотолесец, юноша лет семнадцати, уверенно вёл гостей по лабиринтам висячих мостков куда-то вниз, отыскивая во этом шелестящем, искрящемся, звучащем сказочном великолепии нужную платформу – он назвал её «дэлонь». Умар на ходу шепнул, что термин этот, заимствованный из книг какого-то старинного писателя, употребляется в Золотых Лесах редко - как правило, молодыми людьми, относящимися к определённому кругу.
Вообще-то, Франа предлагала отправиться в путь только завтра, с утра, пораньше. Но Умар убедил её изменить планы, покинуть ГЗ вечером и переночевать у золотолесцев - «Ты ведь хотела познакомиться с ними поближе?» Итальянка согласилась. Она действительно как-то обмолвилась, что была бы не прочь своими глазами увидеть жизнь этой удивительной общины, одной из самых влиятельных в Московском Лесу.
В поселении на Воробьёвых горах, кроме коренных обитателей, обосновалась небольшая община сильванов, уроженцев разных уголков Леса. Золотолесцы отнеслись к ним вполне доброжелательно, и даже отдали гостям несколько больших дэлоней, позволив гостям установить в своём крохотном анклаве привычные им порядки. И нисколько не пожалели: соседями сильваны оказались не проблемными, спокойными, даже, по своему, полезными: через них золотолесцы поддерживали неформальные связи с самыми отдалёнными уголками Леса, в том числе и с сообществом аватарок Сокольников, обычно предпочитавших держаться подальше от «человеков».
А ещё община сильванов стала своего рода центром притяжения для части местного молодняка – в особенности, романтически настроенных, тех, кто видел своё будущее в полном слиянии с Лесом. Тянулись к ним больше девушки – сильваны, как уже знала итальянка, рождались почти всегда мужского пола.
