Может, однажды (ЛП)

Он перевернул меня так, пока я не оказалась на спине, и навис надо мной, так, что наши глаза встретились.

- Это ты, - произносит он вслух. – Мое сердце… хочет тебя.

Рыдание вырывается из моей груди, когда я слышу его слова. Я тут же хватаю его за плечи, приподнимаясь, прижимаюсь губами к тому месту, где находится его сердце. Я целую и целую его, молчаливо благодарю его за то, что убедил меня, что в этом я не одинока.

Когда я убираю голову на подушку, он ложится рядом со мной, прижимая меня к себе.

Он прикасается рукой к моей щеке, и медленно наклонившись, целует меня. Его рот ласкает меня так аккуратно, и это ощущается, как будто он держит мое сердце в своих руках и боится, что может его уронить.

Не смотря на то, что он убеждал меня, что сделает все, что угодно, чтобы защитить мое сердце, мне все еще слишком страшно отдавать его. Я не хочу отдавать его ему, пока я не буду знать, что мое сердце единственное, которое он держит.

• • •

Я не открывала глаза, потому что я не хотела, чтобы он знал, что я слышу, как он уходит.

 Я чувствовала, как он поцеловал меня. Я почувствовала, как он вытащил из-под меня руки. Я слышала, как он надел свою рубашку. Я слышала, как он искал ручку. Я слышала, как он писал мне записку, и слышала, как он положил ее на подушку рядом со мной.

Я чувствую, как его руки облокачиваются на кровать по обе стороны от моей головы. Он прикасается губами к моему лбу, прежде чем отодвинуться, и выйти из моей спальни. Когда я слышу, как захлопнулась входная дверь, переворачиваюсь на другую сторону, закрываясь одеялом от солнечного света.

Если бы мне не надо было сегодня на работу, то я осталась бы здесь, в этой же позиции, и ревела, пока не закончились слезы.

Я тянусь рукой поперек кровати, ища его записку. Когда нахожу ее, засовываю ее  ко мне под одеяло, и читаю.

Сидни,

Несколько месяцев назад, мы думали, что сможем во всем разобраться. Я был с единственной девушкой, с которой, я думал, буду вечно, а ты была с парнем, который, ты думала, достоин тебя, хотя на самом деле нет.

И посмотри на нас сейчас."

"Желающие больше всего на свете быть свободными, чтобы любить  друг друга, но над нами висит проклятье неподходящего времени и преданных сердец. Мы оба знаем, где хотим быть; мы просто не знаем, как туда добраться. Или когда мы сможем туда попасть. Мне бы хотелось, чтобы все было также легко, как это было, когда мне было девятнадцать.