Мраморный рай

Еще бы, думал Сергей, ведь они не напрашивались на встречу, их пригласили! И это было расценено как проявление слабости со стороны противника.

В какой-то момент показалось, что переговоры заходят в тупик. Один из пещерных повысил голос. Воздух начал искриться от возникшего напряжения; стоящий за креслом Тихона абориген сжал автомат и чуть наклонил дуло в направлении пещерных. До бойни стало подать рукой.

Сейчас же маленькая ладошка сына легла сверху на руку Сергея и сжала ее. Сергей посмотрел на Дениса и увидел, что мальчик закрыл глаза, а другую ладонь положил на руку Макса и тоже сжал.

Сергей ощутил словно легкий электрический разряд и по тому, как едва заметно вздрогнул Макс, понял, что тот испытал то же самое.

Пещерный сказал несколько фраз спокойным тоном; Сергею показалось, что в его тоне обозначились нотки доверия к хозяину. Долинный за креслом Тихона расслабился, отвернул дуло автомата. Денис не отпускал. Сергей украдкой следил за сыном и увидел, что тельце ребенка напряглось, а глаза зажмурились сильнее.

Последовала целая серия уколов в руку — слабых и не очень. Макс не подавал виду.

Старший пещерный говорил теперь доброжелательно, другой его поддерживал. Взгляды бойцов двух противоборствующих сторон заметно смягчились. Тихон, как бы между прочим бросив взгляд между пещерных на Дениса, в следующем своем пассаже немного нажал на противника. Вторая сторона легко согласилась на уступки. Наверное, подумал Сергей, если бы Тихон мог, он вообще не стал бы делиться с пещерными горючим, но ему что-то — или кто-то — мешает… Денис.

Денис сейчас, в эти самые минуты замиряя племена и утихомиривая войну, старается, чтобы все вышло по-честному. Чтобы хитрый старикан не воспользовался вынужденной слабостью пришельцев. Если договор будет несправедливым, то, когда морок спадет, война начнется заново. Понимает ли этот мальчик в свои десять лет, что делает, или поступает интуитивно?

Коломин был потрясен. Напрягаясь, вслушивался в речь Тихона и ответы пещерных.

Их разговор превратился в диалог старых друзей, отлично понимающих друг друга, взаимно сочувствующих и готовых идти на любые уступки боевому товарищу во имя сохранения мира. Ай да Денис.

Денис не отпускал рук отца и Макса. Продолжали колоть руку Сергея тонкие электрические иглы. Мальчик посылал импульсы переговорщикам, закреплял миролюбие и великодушие внутри этих людей.

Они сидели еще долго.