Мщение справедливо

Игорь Федорович, вам чай, кофе или ну его на фиг?

– Как ты, Станислав, не устаешь? – Орлов сел во главе стола, подвинул чашку. – Мне кофе, пожалуйста.

– Мне уставать начальство не велит. Крячко кивнул на Гурова; тот вынул из полиэтиленового мешка крепление, которое, конечно, разыскал Михаил Захарченко, протер тряпкой, положил перед Гойдой.

– Игорь, у тебя одна попытка понять, что это за железка и где найдена.

Гойда с любопытством повертел самодельное крепление, прокрутил винты на обоих концах, сказал:

– Я такую штуку искал, оперативникам приказывал, признаю, силен ты, Лев Иванович.

Догадки, предположения и факты суть вещи разные. Но данное крепление к делу не приложишь, потому как его обнаружение юридически не оформлено и доказательством быть не может.

– Мы ребята простые, не ленивые, вернемся, положим, где нашли, соберем табор свидетелей, оформим, как прикажете, – сказал Крячко.

– Крепление карабина к стойке крана никогда не будет доказательством в деле, – лениво ответил Гуров.

 – Факт существования такого крепления максимально концентрирует круг розыска убийцы. И только.

– Что является доказательством, решает следствие, затем суд. – Гойда насупился. – Неужели трудно было оформить по-человечески?

– Потому мы прокуратуру и не любим, – буркнул Крячко. – Значит, вмятины на карабине вы видели, существование зажима предполагали, искали, гэбэшников посылали, не нашли. Сейчас, когда вам этот чертов зажим преподнесли на блюдечке с голубой каемочкой, вы недовольны каемочкой.

– Доволен, Станислав, доволен. – Гойдс1 вновь покрутил винты. – Однако непорядок, и мне непонятно...

– Оформить находку надлежащим образом не было возможности, – перебил Орлов. – И хватит об этом, хотите – берите, не нужна – выбросите. – Он сердился редко, сейчас, казалось бы, из-за ерунды набычился, голосом погустел.

– Непонятно, железку нужную нашли, а оформить находку не сумели. И объяснить не можете? Или не там нашли? Или распорядились изготовить по своему чертежу? Это не я говорю, – торопливо добавил Гойда.

 – Лично я вам верю как себе. Но прокурор и судьи на ситуацию могут взглянуть иначе. Об адвокатах я уже не говорю.

Орлов сунул два пальца за воротник, дернул, чтобы не давило, верхняя пуговица рубашки отскочила, галстук съехал набок.

Гуров предупреждающе выставил ладонь, мол, не стоит пороть горячку, сейчас разберемся.

– Игорь, я тебе объясню два раза, первый – он же последний.