Муассанитовая вдова

 – Твой вариант решения ситуации не подходит. Хотя бы потому, что док Иарлэйт не станет ждать еще месяц, а долететь до Оенталя и попросить Льерта приехать… Мы просто не успеем.

Юрист посмотрел на меня так, будто я сказала что-то совсем уж дикое.

– Селеста, ты вообще новости не читаешь?!

Глава 29. Мишель Марсо

После приземления на поверхность Цварга меня час продержали в каюте и лишь затем отворили дверь, чтобы вывести под локти и посадить в закрытый кузов служебного флаера. Темнота, гул мотора, закрытая территория и снова замкнутое пространство без окон с прочной стальной дверью.

«Выяснение личности». «Вашим делом занимаются». «Не волнуйтесь, вам положен адвокат»…

Какой еще адвокат к шварховой матери?! Я не нарушал закон!

Конечно, я не рассчитывал на красную ковровую дорожку и фанфары, но изолированная камера и полное игнорирование – не совсем так радуются спасшемуся гражданину вымирающей расы.

За дверью послышались шаги, пикнуло над небольшой ячейкой, куда три раза в день в одно и то же время ставили еду.

Я метнулся к створке.

– Эй! Скажите, как долго меня еще здесь продержат? Что с Селестой Гю-Эль?!

– Простите, не могу сообщить никакую информацию, – пробормотал неизвестный с той стороны и быстрыми, чуть шаркающими шагами удалился.

– Какого шварха вы не можете нормально ответить?! – крикнул вдогонку черным брюкам, но, разумеется, никто не откликнулся.

Я резко разогнулся и задел поднос, контейнеры с грохотом упали. Кусок мяса вылетел, оставив за собой жирный след, вода из стакана выплеснулась на столик и тонкой струйкой закапала на пол.

Глухая ярость накатывала волнами, смешиваясь со страхом и бессилием. Где Селеста? Почему мне о ней ничего не говорят? Допустим, она не хочет меня видеть и слышать после всего случившегося, но могу же я знать, что с ней?!

Меня страшно ломало, и я уже плохо понимал – то ли я накрутил себя на нервах, то ли это откат, ведь организм давно не потреблял бета-колебаний ближнего круга.

Две недели в одиночной каюте в космосе.

Семьдесят часов в изоляторе.

Тревога переросла в беспокойство, периодически трансформируясь в панику. Хуже всего было по ночам, когда мне снились до судорог знакомая шлюпка и истекающая кровью женщина на руках.

Сволочное подсознание играло по-грязному, выворачивая страхи наизнанку.