Муассанитовая вдова

 – Селеста, не сочтите за дерзость, понимаю, что это не очень культурно – подходить к цваргине, прежде чем она дала согласие на свидание, но… – Он кашлянул, смущенно поправляя галстук-бабочку. – Лаборатория сообщила, что у нас с вами целых шестьдесят три процента совместимости. Представляете? Шестьдесят три…

Планетарная Лаборатория в последний раз прислала мне целый ворох анкет мужчин, вероятность зачать от которых казалась хоть сколько-то сносной. И Кристоф там был… А может, не был, шварх его знает.

Я чинно проглядела стопку под буравящим взглядом дворецкого, а когда он ушел из кабинета, с облегчением отправила ее в утилизатор.

Быть вдовой на Цварге – лучший социальный статус, который только можно придумать. Нет мужа, никто не давит удушливо-тяжелыми бета-колебаниями, не брюзжит, как ты должна выглядеть или почему от тебя так сильно «фонит кислятиной», не читает нотации… Мартина за меня выбрала фактически все та же Лаборатория, которая на Цварге имела власть даже большую, чем Аппарат Управления Планетой.

Вкупе с законом о том, что цваргиня к пятидесяти годами обязательно должна выйти замуж, у меня просто не было другого выхода. Ко всему, пока мы с первым мужем были знакомы лишь поверхностно, я наивно полагала, что брак может принести удовольствие. Мартин Гю-Эль на тот момент считался одной из самых влиятельных фигур на Цварге. Богатый, симпатичный, не старый – в полтора века цварги выглядят по-разному, многое зависит от генетики, но Мартин особенно тщательно следил за своей внешностью. В первый месяц нашего общения он даже старался понравиться мне, правда, поняла я это уже позднее – примерно тогда, когда посыпались многочисленные упреки: платье слишком фривольное, помада чересчур яркая, походка резкая, настоящие аристократки должны плыть по воздуху, словно лебеди по Коралловому озеру… Какое-то время я со всем соглашалась, но потом не выдержала и высказала все, что думаю.

Первая серьезная ссора была из-за того, что перед камерами прессы на ступенях муниципального здания я не взяла супруга за руку. Понятия не имею, почему не взяла, наверное, просто растерялась под вспышками голокамер. Но Мартин рвал и метал: «Ты выставляешь меня идиотом! Собственная жена не взяла за руку! Что скажут горожане, когда будут рассматривать наши снимки в новостной ленте?! – лютовал супруг.