— Мне все же хотелось бы, Микеланджело, чтобы ты исполнил кое-какие работы для меня: новую лестницу и фонтан в Бельведере, фасад дворца в Сан Рокко, надгробие моему дяде и дедушке…
И ни слова о соборе Святого Петра.
Папа повел гостей в виноградник — послушать музыку и посмотреть представление. Микеланджело незаметно скрылся. Ведь все, чего он хотел добиться от папы, — это подтверждения своих прав как архитектора собора.
Папа долго мешкал, откладывая свое решение со дня на день. Видя это, Микеланджело стал скрывать свои чертежи и планы, снабжая подрядчиков только теми сведениями, которые были необходимы на ближайшие дни.
У него всегда была привычка держать свои замыслы в тайне, пока работа не завершена. Теперь для такой скрытности были веские причины, но эта скрытность навлекла на Микеланджело и беду.
Часть отстраненных Микеланджело подрядчиков во главе с красноречивым Баччио Биджио обратились с жалобой к кардиналу Червини: тому был поручен надзор за счетными книгами строительства.
Кардинал подал по этому делу специальное письмо папе. Микеланджело срочно вызвали на виллу Юлия.
— Ты не побоишься встретиться со своими противниками лицом к лицу? — спросил Юлий.
— Нет, ваше святейшество, только я прошу, чтобы встреча была назначена прямо на стройке.
На площадке, где должна была вырасти новая часовня Королей Франции, собралась целая толпа. Атаку открыл Баччио Биджио.
— Буонарроти снес прекрасный храм, а сам построить такого не может!
— Давайте обсуждать то, что у нас перед глазами, — миролюбиво поправил его папа.
— Святой отец! — воскликнул кто-то из присутствующих. — Тут тратятся огромные деньги, и никто не объясняет, на что они идут. Нам совершенно неизвестно, как в конце концов будет выглядеть собор.
— За это отвечает архитектор, — вмешался Микеланджело.
— Ваше святейшество, Буонарроти разговаривает с нами так, будто мы на стройке посторонние люди. Будто мы здесь совсем и не нужны!
Папа еле удержался, чтобы не выпалить уже готовую остроту.
Кардинал Червини, дрожа, вскинул руки и показал на возводившиеся своды.
— Ваше святейшество, посмотрите сами. У каждого из этих сводов Буонарроти строит по три часовни. При таком расположении, на наш взгляд, он лишает храм доступа света, особенно со стороны самой южной абсиды.
Папа скосил глаза, упершись взглядом в край своей плотной, как войлок, бороды.
— Я готов согласиться с этим замечанием, Микеланджело.
