Мультяшка

Кто была эта девушка с ним на фотографиях? Как давно они расстались? Почему развелись, встречаются ли до сих пор, где эта девушка, которая заставила Максима Аркадьевича так улыбаться?

Мира хотела бы найти её, спросить, что нужно делать, чтобы на тебя смотрели такими глазами, какими достоинствами обладать, и почему всех миллиардов Мире не хватает для одного-единственного искреннего взгляда в свою сторону?

Мира перелистала всё, до последней страницы, но так и не нашла ответа на свои вопросы. Можно было позвонить Целестине, связаться с начальником службы безопасности и потребовать ответ у них.

Мира была уверена, что ей ответят, сухо излагая факты, ей скажут фамилию, имя, отчество, дату рождения, образование, место проживания, но ведь Мирославу не это интересовало, а то, как увидеть в свою сторону такой взгляд.

- Кхм, - раздалось за спиной.

Мира обернулась, подняла глаза. Максим выглядел бледным, влажные от пота волосы торчали в разные стороны, глаза были воспалённые, красные.

- Доктор сказал тебе лежать, - Мира захлопнула альбом и смотрела во все глаза на Максима, он в свою очередь смотрел на её руки, до боли сжимающие альбом, на побелевшие от этого кончики пальцев, мелко подрагивающие, как у воришки, застигнутого на месте преступления.

- Это я и собираюсь сделать, после, - махнул рукой в сторону ванной комнаты и обошёл сидящую на полу Миру, как чуму.

Через несколько минут раздался шум воды, Максим забрался в душ. Мира не знала точно, можно ли в его состоянии принимать водные процедуры, пошла в ванную комнату, дверь оказалась не закрыта.

Зашла в большое помещение. За стеклянной перегородкой стоял Максим, струи хлестали по лицу и груди, он стоял, зажмурив глаза, пока не покачнулся и не упёрся рукой, опустив голову, теперь струи били по плечам, отскакивали от стекла и стекали сплошной стеной.

Мира стояла, опираясь о столешницу с двумя раковинами, и наблюдала за Максимом. Он наверняка знал, что она стоит в каком-то метре от него, их разделяла стеклянная стена, как и всегда. Вылил на ладонь шампунь, намылил голову, потом ещё раз, позволил пене стечь по спине и груди, стряхнул руками, как будто сбрасывал воду с мелкой растительности.

Такими же неряшливыми движениями налил на ладонь гель для душа, провёл по телу, устало облокотился, позволив воде смыть мыло, резко открыл кабинку, мазнул взглядом по Мире, взял полотенце, быстро протёр тело, бросил на пол ненужную махровую ткань и двинулся в спальню. Он словно не видел Миру или не хотел её видеть.