Мерсия не предложила мне сесть и вообще молчала. Мы стояли и смотрели друг на друга.
Я первой не выдержала:
— Вы ведь знаете куда больше об убийстве Грейс, чем сказали мне, не так ли?
Глаза Мерсии вдруг стали холодными.
— Откуда такая уверенность?
— Дело вовсе не в пустом любопытстве,— устало продолжала я,— мне необходимо это знать. Вы говорили, что мы должны стоять друг за друга. Если нужно что-то скрыть от полиции, то нельзя допустить противоречивых показаний. Понимаете, мне известно кое-что, о чем я вам не сказала.
Например, что вы ночью куда-то уезжали из колледжа на своей машине.
Она немного подумала, потом ответила:
— Полагаю, ты права. Я глупо сделала, сказав тебе только полуправду. Но одно ты должна понять, Ли. Все, что мы делали, только во благо колледжу, мы хотели избежать бессмысленного скандала и сохранить собственное счастье.
Она буквально упала в кресло, я тоже села. Когда она продолжила разговор, голос ее звучал сухо и деловито:
— Мы с Робертом скрываем от полиции, что Грейс звонила домой к Хаднаттам ночью, через несколько часов после своего ухода из театра.
Меня это не очень удивило, поскольку я слышала от Стива, что Грейс ходила кому-то звонить на станции техобслуживания. Легко было теперь-догадаться, что она звонила Хаднатту.
Я спокойно сообщила:
— Звонила она со станции техобслуживания в нескольких километрах от Вентворта, не так ли? Мне и это известно.
— Я расскажу тебе решительно все, Ли. После спектакля Гарольд Эппл, Пенелопа, Роберт и я поехали все вместе сюда.
Эппл вышел у колледжа, а я вместе с Хаднаттами доехала до их дома. Пенелопа неважно себя чувствовала и сразу же легла в постель. Могу тебе сообщить, что она ждет ребенка. В ее возрасте беременность переносится тяжело, и поэтому Роберт старается держать ее как можно дальше от этой проклятой истории. Ты понимаешь, от этого трудности лишь возрастают. Вчера ночью, когда Пенни легла, я осталась с Робертом внизу. Мы проговорили несколько часов, и я старалась его успокоить.
Он думал только о Грейс и тех сценах, которые она ему закатила в карьере и в театре. И вдруг, в довершение ко всему, раздался телефонный звонок. Звонила Грейс.
— Что она сказала?
— Разговор был совершенно нормальным. Извинилась за то, что наговорила в театре. Сказала, что, по-видимому, сошла с ума. Объяснила, что приятель оставил ее на станции техобслуживания, и хотела, чтобы Роберт привез ее назад в Вентворт.
— Он отказался?"
"— Нет.
