— У меня хватает здравого смысла, чтобы понять: в этом треугольнике я лишний. У Джерри, Элейн, Хаднаттов, Мерсии были тяжелые дни, которые им трудно забыть. Мне же нужно забыть только тебя. Но боюсь, я никогда не справлюсь с этой задачей.
Неожиданно он наклонился и поцеловал меня. Его губы были мягкие, неуверенные, нежные, так не вязавшиеся с его насмешливыми глазами и обычным имиджем повесы.
Он медленно отошел от меня.
— Если тебе когда-нибудь понадобится простак, прочно сидящий у тебя на крючке, ты только позови меня, Ли, и я сделаю для тебя все, что ты попросишь.
Спокойной ночи.
И он направился к Брум-холлу через лужайки, погруженные в ночную темноту.
Глава 24
Изумление и недоверие не оставляли меня, когда я поднималась по темной лестнице в свою комнату на верхнем этаже. Я очень устала, но спать не хотелось. За эти несколько часов произошло куда больше событий, чем за всю мою жизнь.
Пьянящий восторг, охвативший меня, когда я очутилась в объятиях Джерри и его губы нашли мои, сознание, что я ему нужна; затем потрясение от того, что мы нашли в бассейне; убийство Нормы и бешеный калейдоскоп эпизодов; наконец, обвинение Роберта Хаднатта и счастливый исход этой сцены.
А теперь совершенно неожиданный итог безумной ночи: признание Стива Картериса в любви.
Однако я сознавала: сейчас самым важным было то, что Элейн находилась в доме Хаднаттов, возможно, одна. И это после шока от прошедшей ночи! Нужно было немедленно идти к ней.
Я подошла к двери своей комнаты и обратила внимание, что она приоткрыта.
Но я хорошо помнила, что, уходя, заперла дверь. Не задерживаясь, я перешагнула через порог, механически протянула руку к выключателю и замерла, увидев смутную тень на фоне окна. В комнате кто-то был.
Видимо, я дошла до такого состояния, что не могла нормально реагировать на такие неожиданности, поэтому, похолодев, просто стояла неподвижно у порога.
Когда мои глаза привыкли к темноте, я разглядела, что человек склонился над моей кроватью, стоя спиной ко мне. Он должен был слышать, как я вошла, однако даже не пошевелился.
Я тоже выжидала, что будет дальше.
Вдруг человек повернулся и шагнул ко мне."
"Даже теперь я ничего не чувствовала. Не спеша нажала на выключатель — комнату залил свет.
Передо мной стоял лейтенант Трент.
Увидев его, я разразилась идиотским смехом. Трент подошел ко мне и резко схватил за руку.
— Прекратите, Ли!
Я поняла, что у меня началась истерика. А сообразив это, устыдилась и, сделав над собой усилие, прекратила смеяться.
