Мурка (СИ)

Вкус был просто изумительный, чем-то напомнив мне стряпню бывшей женушки. Чего-чего, а при всех своих недостатках готовить бывшая умела и сочиняла порой совершенно умопомрачительные блюда. Попробовав, я показал Лившицу большой палец.

- Пальчики оближешь.

Хозяин промолчал, да и я прекрасно понимал, что Лившиц сел за стол не для того, чтобы интересоваться у меня вкусом супа. Ждать, пока он продолжит, я не стал и принялся уничтожать суп.

- Режиссер действовал в Ростове по приглашению и с разрешения, – тихо сказал хозяин.

Хм, новые вводные подоспели Я, не подавая виду, что заинтересовался, продолжил есть суп, уплетая за обе щеки. О том, что Иннокентий, или, выходит, Режиссер, промышляет по наводке, я, признаться, не догадался сразу,. По факту надобности бандитам как-то пробивать банкиров не имелось. Маршрутов инкассации, каких-либо мудреных графиков и прочей банковской лабуды ещё не существовало. Деньги в банковском хранилище есть всегда, плюс они арестованы советской властью. Хотя… о том, что деньги находятся в банке, еще надо узнать, а попасть в банк – не то же самое, что открыть хранилище.

Ладно, теперь более понятно, как удалось выйти на толстожопого, который, видно, за свою часть от навара, согласился хранилище открыть. Вот так дела. Не знал, что преступность в Ростове настолько «организованная»… Ситуацию это особо не меняло, для меня уж точно, но определенно осложняло. Если у Режиссера такие связи, он или “приглашающая сторона”, могут захотеть мести за убитого – или за всю мою проделку с банкиром. Но тут уж правило боя просты, или тебя, или ты, как в одной хорошей песенке поется.

– Если ты думаешь, что это сойдет тебе с рук, – продолжил Лившиц, всё ещё сидя напротив и буравя меня взглядом, – то заблуждаешься. У местных в деле имелся свой финансовый интерес.

- Я по финансовому интересу не в курсе, - спокойно возразил я, подняв на Лившица взгляд. – И ни в чей карман за деньгами не лез, а по остальным моментам действовал вынуждено.

Я все же отложил ложку, пусть суп остывает, горячий. Заинтересовало меня другое. Не исключаю, что Лившиц был в курсе ограбления, но не могу понять, зачем он это все мне говорит и вскрывает карты по раскладу? О том, что у меня неприятности, я сам знаю, а вот Лившиц – что? Хочет предъявить? Вряд ли, хотел бы – предъявил, а не ходил вокруг да около, как невеста в свадебном платье перед зеркалом. Решив не мучиться домыслами, я спросил у хозяина напрямую.