Матросы набирали ее ведрами; к ночи все емкости были заполнены свежей пресной водой.
Дождь шел всю ночь и весь следующий день, а когда на третий день над волнами с белыми пенными шапками и над рядами грозовых туч встало солнце, «Йомена» в поле зрения не оказалось.
Хэл приказал Тому и Дориану подняться на мачту: они уже доказали, что у них самые острые на корабле глаза.
Просидев там почти весь день, они ни разу не увидели парусов «Йомена» на бурном горизонте.
— Мы снова увидим их, только когда бросим якорь у мыса Доброй Надежды, — высказал свое мнение Нед, и в глубине души Хэл с ним согласился.
Маловероятно, что корабли найдут друг друга в бесконечных просторах океана. Это не слишком тревожило Хэла: они с Андерсоном предвидели такую возможность. И договорились о встрече в Столовом заливе; отныне каждый корабль пойдет туда самостоятельно.
На пятьдесят второй день после выхода из Плимута Хэл приказал развернуть корабль. По его расчетам их отделяло от побережья Южной Америки менее тысячи миль.
С помощью бэкстафа и навигационных таблиц он уверенно определял широту корабля в пределах двадцати миль. Однако определение широты было не столько точной наукой, сколько тайным обрядом, основанным на изучении колышков, которые ежедневно ставились на навигационной доске, и на догадках и экстраполяции пройденного расстояния и курса.
Хэл понимал, что мог ошибиться в математических расчетах на несколько сотен миль.
Чтобы бросить якорь у Доброй Надежды, он должен теперь идти по пассатам вниз, пока не доберется до тридцать второго градуса южной широты, потом двинуться точно на восток, пока не увидит приметную Столовую гору, обозначающую южный конец Африканского материка.
Предстояла самая медленная и утомительная часть плавания — ветер будет встречный, и придется каждые несколько часов менять галс."
"Чтобы не пройти южнее мыса Доброй Надежды и не выйти в Индийский океан, он должен нацелиться на дикое африканское побережье в нескольких лигах севернее мыса.
Всегда существует опасность подойти к земле ночью или в густой туман, который часто окутывает южный мыс; многие корабли нашли могилу на этом коварном берегу. Хэл не забывал об этой угрозе и радовался, что в нужное время у него на марсе будут Том и Дориан с их острым зрением.
Думая о двух своих сыновьях, Хэл был доволен их успехами в изучении арабского.
