Онлайн-библиотека книг
Ваня сел на стул в коридоре и откинул голову на стену. Парень молчал около минуты, а потом встал, схватил Еву за предплечье и рывком поднял с пола.
– Объясни мне, ты совсем больная?!
Ева прятала глаза. Ваня потянул ее в комнату и толкнул к стене.
– Какого черта ты пошла за мной? Где твои мозги, Ева? Ты хоть понимаешь, что это все не шутки? Если бы хоть кто-нибудь из них узнал, что я нахожусь в отношениях, нас бы обоих сровняли с землей. Ты не понимаешь, что творишь, дура!
У нее по щекам покатились слезы.
– А ты что творишь? Что это вообще было? Кто все эти люди, чем вы занимаетесь?! Я ни черта не знаю!
– Нахрена оно тебе надо?!
– В смысле? Я тебе чужой человек, что ли? Почему ты мне не доверяешь? Ты постоянно куда-то пропадаешь, уходишь, когда тебе звонят, что-то скрываешь.
– Да! Мне сложно рассказать, потому что тебе и этого будет мало, ты захочешь знать больше. Я для тебя и так делаю все, что могу, что тебе еще надо? Живи и не думай об этом!
– Ты меня не слышишь, господи! Я переживаю за тебя.
– Да отвали ты со своими вопросами!
Ева замахнулась и со всей силы отвесила ему пощечину.
– Не надо орать на меня… – уже испуганно произнесла она.
– Все, иди к черту. Просто к черту. – Он ушел, хлопнув входной дверью.
Ева закрыла лицо ладонями, и ее плечи затряслись от рыданий.
Глава 40
Я знаю
Прошло три дня. Ваня вернулся той же ночью, и наутро они уехали обратно в Москву.
С утра он уехал, ничего не сказав Еве. Она осталась дома с Маргаритой Андреевной.
На часах уже было 19:07. Ева вышла из душа и, проходя мимо комнаты мамы Вани, услышала всхлипы женщины. Она остановилась у ее двери, боясь постучать. Девушка не могла понять, как себя вести: поддержать или не лезть не в свое дело? После нескольких секунд размышлений все-таки тихо постучалась в дверь.
Маргарита Андреевна сидела на диване, готовясь к ночной смене на работе. Услышав стук, она начала поспешно утирать слезы тыльной стороной ладони.
– Да-да, Евочка, заходи.
Ева робко зашла в комнату.
– Простите, я просто услышала… Это, наверное, не мое дело, но… у вас что-то случилось?
На глаза Маргариты Андреевны снова навернулись слезы.
