Мутный

Теперь я понимаю, что хочу вернуться в Москву, в эту до боли родную однушку. Несколько лет назад мы сделали ремонт: из кухни сотворили мне комнату, а саму кухню перенесли на наш закрытый балкон. Тесно, но меня всегда там ждали, – это главное.

Я еще в детстве пообещал матери, что вырасту и заработаю столько денег, чтобы хватило ей на новую большую квартиру. И я должен выполнить обещание. Она – мое вдохновение, и я должен добиться успеха в жизни.

Еще час я гулял в районе гостиницы, а потом понял, что пора возвращаться в номер.

На часах было семь утра. Когда я вернулся, то увидел, что Ева еще спит. Только теперь она развалилась на всю кровать. Как такой маленький человек может занимать столько места? Я подошел к кровати и, присев с краю, посмотрел на нее.

– Если бы не ты, я бы вряд ли позвонил ей. Спасибо, – тихо сказал я, проведя пальцами по ее щеке. – Ты никогда не узнаешь о том, что я тебе это сказал. Я правда рад, что встретил тебя. Мое поведение всегда говорит об обратном, но я никогда не покажу себя с другой стороны.

Ты достойна счастья, а я этим счастьем не являюсь. У тебя должна быть другая жизнь, Ева.

Я глубоко вздохнул и увидел, как она медленно открывает глаза и сонно смотрит на меня.

Глава 19: Ева"

"Всю ночь мне снились странные сны. Хотелось проснуться, но не получалось. Когда я открыла глаза, то сначала подумала, что это очередная галлюцинация. Передо мной сидел Ваня.

Увидев, что я проснулась, он резко встал с кровати и отошел к стене. Он явно нервничал.

Я попыталась медленно подняться, но голова резко закружилась.

– Что за… Что я здесь делаю? Что это за место?

– Ты в моем гостиничном номере. Тебя вчера так штырило, что ты не смогла даже своего адреса назвать. Не оставлять же тебя на улице…

Хм, надо же, какое благородство. На самом деле, я бы даже не удивилась, если бы он меня бросил. От этого человека можно ожидать чего угодно. Он постоянно устраивает мне эмоциональные качели: сначала помогает, потом снова отталкивает.

Я уже привыкла, что после очередного жеста доброй воли меня ожидает непробиваемая стена грубости.

Номер Вани был оформлен в черно-белых тонах: черный шкаф, белый кожаный диван. Напротив кровати были огромные панорамные окна – вид из них захватывал дух. Как же красиво! Я бы продала душу дьяволу, лишь бы иметь возможность каждый день любоваться Токио с такой высоты. Все было как на ладони.

Ваня стоял, оперевшись о стену, и тоже смотрел на утренний город.