- Понимаю, что лежите на полу, но как вы здесь оказались? И кто впустил вас?
- Так вот же, - убито проговорил Филипп.
Бабетта лежала на полу с другой стороны. Она дышала, но глаза её были закрыты, а из очевидной раны на голове сочилась кровь. Рита подскочила и опустилась рядом на пол.
- Что ли открыла дверь, и получила по голове? Зачем открыла-то, дурочка бестолковая, - начала было причитать Рита, а потом рявкнула: - А ну, кто-нибудь, тащите воды и чистую ткань из гардеробной, надо перевязать! – Люся подхватилась и сиганула по лестнице наверх.
– И это, господин Дюваль, вы ведь можете привести из города доктора?
- Могу, госпожа Маргарита, и непременно это сделаю, только разберусь хотя бы в первом приближении, что здесь произошло. Господин Валентин, кто говорил с вами?
- Госпожа Клодетт, - пояснил тот. – И голос был её, и некому больше.
- И где же она? – Дюваль оглядел помещение, но Клодетт нигде не было.
- И где-то ещё должны быть мои люди, - сказал граф.
– Господин Валентин, давайте, посмотрим?
- Извольте, - кивнул тот, и они побежали по лестнице наверх.
Тем временем Дюваль обошёл лежащих, осмотрел каждого и что-то с ними делал, судя по всему – они вытягивались смирно и переставали метаться. Рита пригляделась – да у них ожоги, а у Марсо от волос с левой стороны головы остались только клочки, остальное будто сгорело. Рита видела такое раньше – давно, в детстве, они со школьными подружками пытались сушить волосы, накрученные на бигуди, над пламенем газовой печки.
Рита отделалась подгоревшей чёлкой, а подружка Алёнка лишилась ощутимого клока волос, пришлось подстричься коротко. Вот так и скотина Алоиз – ему тоже кто-то хорошо подпалил волосы, и штаны, и жилетку.
По лестнице скатился Клод.
- Господин сыщик, тут такое было! Но мы почти ничего не видели, только слышали.
- Рассказывай, - кивнул Дюваль. – Обо всём, что видел и слышал."
"- Приехали в простой черной карете, такая у них в гостинице на заднем дворе стояла.
Как только доехала сюда, и не развалилась по дороге, - хмыкнул плотник. – Они все повылазили, и кроме господина Марсо, попрятались – так, что если дверь отворить, то их и не видно. И господин Марсо начал в дверь колотить, что есть мочи. Я ему сверху крикнул, что шёл бы он восвояси, потому что хозяйки нет, и говорить с ним некому, он же сделал вид, что совсем меня не слышит, и продолжал стучать.
