А сейчас я вижу, что тебе есть, что скрывать.
- Ну да, я вам скажу, а потом Пьер мне голову-то и проломит вечерком! А не мне, так племяннице моей, - фыркнула тётка.
- А пока он проламывает головы не тебе, а кому-то другому? Любопытное место этот ваш Верлен, честное слово. То ночью с ножами бросаются, то головы проламывают. Кому голову-то проломил? Бабетте вроде бы не он, а Северин Марсо, кстати, этого Пьера с ними не было?
- Что, Бабетту убили? – взвизгнула девчонка. – Она-то не при чём, она вообще ничего не знает, её в тот день в кухне и близко не было! Она, бывало, помогала на стол носить, а тут её специально не позвали, потому что Пьер не велел, сказал, что только мы, чем меньше людей знают – тем лучше! И её всё равно убили? Просто потому, что была в доме и случайно могла знать? Значит, молчи – не молчи, а нас то же самое ждёт, а я не хочу помирать, ясно вам, тётушка? – и она пихнула кухарку локтем в бок, оттёрла её и заговорила: - Это Пьер, да.
Он в тот день пришёл – вроде как ко мне, а какой там, если в доме столько важных гостей, то ни минуточки свободной нет, только и успевай – подавай, носи, убирай и тарелки меняй! Я ему про это сразу сказала, а он на меня как зыркнет, так я и замолчала! И не смотрела, что он с тем подносом делал, на котором стоял бокал, из которого потом пил господин Буасси.
Но я не знала, что он хочет вот прямо убить, нет! Мало ли, может, он там записку написал и тихонько подложил! Не знаю, ничего не знаю, - девчонка упала на лавку и заревела в фартук.
- Хорошо, спасибо, Нанетт. А теперь, будь любезна, скажи ещё одну вещь: где нам искать этого Пьера, чтоб наверное встретиться с ним? – вкрадчиво спросил Донатьен.
- А чего его искать, дармоеда – у господина Талона он служит! - сказала кухарка. – Только что ни день – по городу слоняется, кого другого бы за такое дело уже давно со службы турнули, а тут – ходит, нос задравши, и ничего ему не делается!
Дюваль переглянулся с Мерсье – всё было понятно, здесь больше делать было нечего.
"
"- Мы уходим. А вы помните – если сами об этом разговоре не разболтаете, то никто о нём и не узнает, - сказал он напоследок. – А если кто из вас разболтает – тут уже пеняйте на себя.
Помня о приглашении госпожи Амелии, Донатьен отправился в гостиную. Почтенная дама ожидала там, с ней была и юная Эрмина – бледная, но, несомненно, в порядке. Стол успели накрыть для перекуса и передышки, но казалось неправильным прямо сейчас сидеть и беседовать.
