Муж и жена - одна сатана

Да и свою месть ты не завершила. Так что, пожалуйста, будь добра, постой тихонько, пока я поговорю с леди Игнис. У нас еще есть время, прежде чем все случится.

Вот это «случится» настораживало больше всего. Но, признаться, пока я ничего не могла с этим поделать. С другой стороны, раз Ферлес так любезно настроен на беседу, то стоит поговорить с ним.

— О чем ты хочешь поговорить? — спросила я.

Ферлес неприлично присвистнул, кинув на меня уважительный взгляд:

— А я думал, что все огненные маги неприлично вспыльчивые и легко набрасываются на других.

— А я думала, что некроманты как наиболее страдающие от безосновательных сплетен, будут более разумными и рассудительными в отношении других, — парировала я. — Но, как видишь, мы оба ошибались.

— Ха-ха-ха! Потрясающе. Думаю, Оден весьма доволен браком с тобой. Ну что, леди Игнис. Вопрос на вопрос? Я задам тебе, а ты мне. Я практически уверен, что тебе придется по вкусу эта сделка.

— Возможно. Что хочешь узнать?

Разумеется, я не планировала рассказывать хоть мало-мальски серьезную информацию.

Но всегда был шанс, что он спросит что-то, насчет чего можно будет правдоподобно солгать.

— Скажи, как Оден там поживает? Наслаждается своим счастьем, после того, как разрушил мое?

— Все еще винишь его в том, в чем он не виноват? — Да как он смеет! Взрослый человек, сам наворотил дел, сам влюбился в мразь и проходимку, а Одена, который пытался его спасти, винит?!

— Да, думаю, он по-настоящему счастлив, раз у него появился человек, которому он смог рассказать эту.

Как жаль. Лучше бы ему страдать. — Лицо Ферлеса исказилось. В отличие от Одена с его шрамами на лице, Ферлес объективно был симпатичнее. Но сейчас он казался уродом: даже один мимолетный взгляд на него вызывал стойкое отвращение.

— Не тебе судить. Если уж кто заслужил страдать, так это точно не Оден. Теперь моя очередь. Откуда ты узнал, как найти кости родителей Одена? И где они сейчас?

— Нечестно играешь, Игнис. Это целых два вопроса. Но так как я не знаю ответа на второй, то, пожалуй, отвечу на первый.

Я уже говорила, что у Одена богатое прошлое? Так вот, я не осознавала, до какой степени богатое. Кости отца Одена оказались у одного из магистров некромантии по простой причине. Еще в детском возрасте Оден призвал чистую некромантию, чтобы убить отца. Чистая некромантия (иногда ее называют истинной) — это фактически сама смерть. За все время существования некромантов в этом мире по пальцам одной руки можно было пересчитать тех, кто на такое способен.