— Ничего не понимаю, — пробормотала. — Как же вышло, что вы не знаете о том, что эти растения для кошек опасны?
Каждый котолюбитель знает, какие домашние цветы категорически нельзя держать рядом с их питомцами. А здесь — целый культ Мау, но элементарных правил безопасности не соблюдают. Странно. Очень странно."
"— В саду растут экзотические виды растений, которых больше ни у кого в империи нет, — пояснил Доменик и тоже всмотрелся в меня внимательнее. — Мать ими безмерно гордится. Им с отцом их подарил на свадьбу почти полвека назад важный заморский гость, — скрестил руки на груди.
— А те названия, что назвала госпожа Матильда, я впервые слышу. Странно, что вы обе их знаете.
В горле внезапно пересохло. Солнечный свет из высоких окон вдруг показался слишком ярким. Вот так и погорю когда-нибудь на ерунде! Муженёк слишком много моих странностей замечает. Слишком много.
— Ну ты совсем уже решил свои мозги не напрягать, да? Все на змея переложил? — спросила Мотя с вызовом, презрительно топорща усы.
Иногда она, конечно, перегибала с выражениями, но сейчас явно пыталась сбить его с толку, чтобы отвести внимание от меня.
Однако Доменик обижаться и ругаться не собирался. Он лишь усмехнулся, склонив голову к плечу. К Матильде он явно испытывал огромную симпатию, потому пропускал колкости мимо ушей.
— С радостью бы переложил всё на Сандерса, прекрасная госпожа, но иногда всё же приходится и самому думать, — протянул он с лёгкой ноткой сарказма. — Я, конечно же, в курсе, что вы, бесподобная, провели предыдущие жизни в других мирах, поэтому знаете диковинные слова, однако меня смутил один факт: дети Мау не рассказывают людям о прошлых жизнях.
У ваших сородичей считается дурным тоном вспоминать то, что осталось за пределами Рая. Так почему же вы решили поделиться знаниями с Ланой?
Мотя не растерялась. Она грациозно махнула хвостом и процедила:
— А я просто совсем недавно сюда переехала после тяжёлого отравления одной из этих пакостей.
— А зачем же вы её ели, если знали, что это отрава? — задал логичный вопрос Доменик.
Мозги у него еще как варили! Как бы он Мотю на вранье не поймал.
— Знаменитое кошачье любопытство, — невозмутимо продолжила выкручиваться аферистка. — Именно поэтому я и рассказала Лане, чего мне есть категорически нельзя.
Я покосилась на Доменика. Каждый ответ рождал в его глазах новые вопросы — слишком ярко горел его взгляд, слишком хитрой была полуулыбка. Пора закругляться.
