Муж на сдачу (СИ)

Кто знает, не захотят ли его заманить в ловушку и ограбить или убить?

Провожатые покосились на магический светильник и прибавили в голоса почтения."

"— Сюда, сюда, ар, здесь есть дверца. До въездных ворот идти почти полтора оборота, а тут мы — пол оборота — и на месте!

Улицы городка были тихи и, практически, пустынны. Видимо, жители привыкли вставать вместе с Дневным Оком и ложиться вслед за ним. Провожатые не обманули — через непродолжительное время они подошли к ярко освещенному дому, судя по вывеске — постоялому двору «Усталый путник».

Обрадовавшись, что всё обошлось без проблем, Энгель дал проводникам по монетке и вошёл внутрь помещения.

Хозяин новому постояльцу весьма обрадовался, сразу предложил ужин и комнату на выбор. Видимо, большого наплыва посетителей в гостинице не наблюдалось.

Барон решил сначала поесть, а потом подняться в комнату. Особого аппетита не было, поэтому он заказал только рагу и отвар, но еда оказалась пересолена и, поковыряв ложкой, мужчина отставил блюдо в сторону.

Хозяин, кланяясь и рассыпаясь в любезностях, довел постояльца до двери.

— Утром мне понадобится повозка, крепкая и удобная, для переезда в ближайший от границы город Андастана.

— Как рано утром ар собирается отправиться в дорогу? — поинтересовался хозяин.

— С рассветом.

— Завтрак…

— Не надо. Собери что-нибудь, чтобы я мог перекусить на ходу. Так, что с повозкой?

— На рассвете она вас будет ждать, — ответил тропиндарец.

— Да.

— Для нас большая честь принимать у себя одарённого! Спите спокойно, у нас здесь благородным гостям ничего не угрожает.

Энгель фыркнул и демонстративно щелкнул пальцами, зажигая светляк:

— Как ты думаешь, ар, должен ли я опасаться за свою жизнь или имущество, обладая магией?

— Нет, ар, что вы! Это я так, для информации, — пробормотал хозяин и отступил от двери. — Располагайтесь, отдыхайте. Чуть только край Ока покажется из-за горы, я вас разбужу.

— Когда покажется край — уже поздно. Разбудите, когда посветлеет небо, — велел барон и скрылся в комнате.

Вроде, ничего такого не делал, но так устал… С каждым мгновением тяжесть увеличивалась, веки сами закрывались.

Что за грах? Отвар! Его опоили усыпляющим отваром!

Мысли лихорадочно метались, ища выход — в отличие от тела, дурман на голову не подействовал. Кое-как добравшись до кровати, мужчина рухнул, не в силах ни раздеться, ни позвать кого-нибудь.