Муж на сдачу (СИ)

 — Миледи, не волнуйтесь, мы все выясним.

Мариэта покачнулась, ухватившись рукой за стул.

— Рита, тебе плохо? Белая вся… Быстро неси три порции успокаивающего отвара! — приказал Цилен.

— Бред! — решительно заявил Визар. — Брачная вязь пропала не сегодня, а следы дара — сегодня. Граф умер, детям не с кем делиться магией. Потом, простите, миледи, но вы ведь вышли замуж за графа, уже не имея силы. Значит, дар графа не мог взаимодействовать с тем, чего нет и, если верить манускрипту, у вас не могли получиться особенные дети.

— В императорской библиотеке, разумеется, — тут Цилен заметил замершую у дверей зельеварку и рявкнул:

— Рита, быстро за отваром!

Мариэта очнулась и на подгибающихся ногах отправилась за снадобьем, лихорадочно обдумывая, что могло случиться. Это целители не в курсе, что граф жив, а она беседовала с Михаэлем два дня назад. Неужели, за это время с ним произошло непоправимое, он в опасности, поэтому дети поделились с ним силой? Ей немедленно нужно уединиться и воспользоваться переговорником, иначе, она сойдет с ума!

Обращаю внимание, что в предыдущую проду внесены существенные изменения, поэтому рекомендую перечитать.

— Куда это ты спешишь? — раздавшийся над ухом голос заставил вздрогнуть и завертеть головой.

Экономка!

— Мэтр Цилен приказал срочно принести одно снадобье, — ответила Мариэта, не сбавляя шага.

— Остановись, когда с тобой разговаривают, — строго продолжила Приния.

— Мне приказано поторопиться, ари, — Мари почти добралась до своих комнат, рядом семенила экономка, не желая отставать. — Простите, если веду себя непочтительно, но ослушаться мэтра я не могу.

— Если ты не забыла, то графиня платит тебе столько же, сколько и мэтр, потом, ты живешь в замке графини и служишь ей, поэтому обязана, в первую очередь, слушаться меня!

Мариэта даже головой потрясла — сногсшибательная логика!

— Я и тороплюсь, потому что снадобье нужно миледи, а вы меня отвлекаете! — возмутилась женщина и вздрогнула в очередной раз, потому что экономка схватила её за руку, приблизившись вплотную, и прошипела в лицо:

— Ты должна слушаться меня! В первую очередь — меня!

Холодное и липкое щупальце прикоснулось к голове, поползло, обволакивая.