Муж на сдачу (СИ)

 — Молодой, крепкий и сильный мужчина, он вам как-нибудь пригодится!

— На что это вы намекаете? — мгновенно закипела женщина. — Если я вдова, то…

— Нет, ари, я не имел в виду ничего плохого, только то, что хороший работник всегда пригодится! Всего три монетки!

Мариэта задумалась — что-то здесь было не то.

— Рабы стоят гораздо дороже.

— В Андастане вам за крепкого и сильного раба дадут сотню монет, — не то, чтобы она собиралась приобретать раба, но стало интересно выяснить, в чем подвох, — почему вы отдаёте его всего за три медяшки?

— Да приболел он, не довезу до Андастана, — отвел глаза торговец и тут же принялся с жаром убеждать.

 — Смотрите, ари, за эти прекрасные ингредиенты и молодого раба я беру с вас всего медную монету! Он выздоровеет, вот увидите. Захотите — продадите его и в убытке не останетесь. Вы же зельями торгуете, я правильно понял? Вот, вам даже на целителя не надо будет тратиться, сами его на ноги поднимете.

Женщина, собиравшаяся резко отказаться от дополнения к покупкам, заколебалась:

— Заболел? Покажите, где он?

— Вот, пойдемте, ари! — засуетился торговец и крикнул помощнику.

 — Мухоб, присмотри за нашим товаром и корзинами уважаемой ари! Идите, вот сюда, за мной!

Раб лежал за палаткой, худой, в грязной и драной рубашке, измученный и, несомненно, больной. Похоже, он был без сознания.

— Крепкий и сильный? — хмыкнула женщина, с жалостью глядя на несчастного.

Мужчина, лет тридцати, когда-то на самом деле сильный, а сейчас изможденный и слабый.

Лежит на грязной рогожке под открытым небом.

Зельеварка с возмущением посмотрела на торговца — разве можно так обращаться с человеком? Как тут не заболеть?

Присела рядом, потрогала горячий лоб, приподняла веко — лихорадка.

— Водой из болота напоили?

— Я думал, обойдется, — отвел глаза торговец.

Женщина только головой покачала — пожалел рабу покупной воды!

По пути к Адижону караваны шли три дня мимо большого болота. Единственная пригодная питьевая вода была в колодце на середине пути, за пользование которым местные жители взимали плату.

Похоже, этот сэкономил.

Рабы в Тропиндаре не пользовались популярностью, аристократы охотно их покупали, а вот население не одобряло, считая, что рабы приносят несчастье. Однако, Мариэта родилась и выросла в Империи, в Тропиндар уехала вслед за мужем, и местных предубеждений не разделяла. Рабство ей претило, но просто уйти, увидев в каком состоянии находится несчастный, она уже не могла.