Муж по ошибке (СИ)

Первые струи заставляют Лину завизжать, она пытается вырваться, спрятаться под одеялом. Я делаю шаг и оказываюсь с ней в тесном пространстве. Мне тоже нужно остыть. Вода затекает за шиворот, первые секунды неприятно, потом не замечаю. Отбрасываю мокрое одеяло и прижимаю Алину к себе.

— Выключи холодную воду, — лупит она ладонями по моей груди. — Робнер, я тебя ненавижу!

Я это уже понял. То ей стыдно меня отцу представить, я для нее старый, то ее огурец впечатлил, то на измены толкает…

— А за это будешь ненавидеть еще сильнее, — переключаю воду на теплую, впечатываю в себя, обхватываю голову ладонями, наклоняюсь и целую раскрытые от возмущения губы.

Сопротивляется, пытается увернуться. Теплая вода начинает ее согревать. Губы уже не такие синие. Мне и под ледяными струями не было жарко.

Моя ярость, будто дрессированная кобра, скручивается в груди и утихает. На ее место приходит другое более сильное чувство, которое также пожирает разум. Теряю контроль. Властно мну пухлые губы. Пытаюсь проникнуть языком за ряд белых ровных зубов, но Лина не пускает.

Мои ладони опускаются на спину. Сжимаю хрупкое тело, пытаются пробраться под мокрую пижаму.

Теряю окончательно рассудок. Она ведь моя жена. Я имею право на первую брачную ночь. Лина не откликается на ласки и это задевает. Что с ней не так?

Я не могу оторваться от сладких губ! Дорвался, будто до любимого лакомства.

Влажная одежда облепила красивую фигуру. Я хочу ее сорвать, чтобы рассмотреть без преград... Сделать наконец-то Лину своей… не только фиктивной женой, но и настоящей любовницей.

Как только хватаюсь за полы пижамы, чтобы разорвать, она со всей дури кусает меня за губу.

Прокусывает ее нахрен!

Орет так, что уши закладывает! Я пытаюсь закрыть ей рот, но мы оба мокрые, дно кабинки скользкое. Хорошо, что она с собой одеяло притащила, не так больно было приземлиться. Пострадала только моя гордость! Лина тоже упала на задницу, в самой кабинке. Сидит, потирает ушибленное место.

— Алина Викторовна, что случилось? — врывается к нам Миша.

— Извините, Владислав Олегович, не знал, что вы приехали, — стоит в дверях и не уходит. Хочется ему двинуть.

Не знал?! Забыл, что мы час назад здоровались?!

Следом вбегает дед. Решил, тряхнул стариной - устроить по лестницам скоростной подъем? Скорее всего, находился где-то поблизости. Даже не запыхался. Да и услышать нас на первом этаже из уборной в таком огромном доме практически невозможно. Я уже на ногах, но разгром на лицо.

— Что здесь?..