Муж сестры мной одержим

Пусть я считала, что не могла доставить ему никакой моральной боли, потому что для этого нужно было хоть что-то значить. Но я могла принести в его жизнь немного физической боли. Пырнуть вилкой, влепить пощечину… ну, хоть что-нибудь сделать, ведь я же не дерево… Я же могла управлять собой. Движениями… поступками…

Но, с другой стороны, мне хотелось, чтобы эти эмоции стихли. Чтобы стихия успокоилась. И для этого нужно было что-то менять.

И что мне стоило выбрать: временное облегчение или перспективу на то, что когда-нибудь станет легче.

Ради себя и ради ребенка я выбрала второе. Стиснула зубы, сжала волю в кулак и потянулась к карману халата, чтобы достать оттуда телефон.

— Алло, — гудки были настолько нечеткими, что я не могла понять взяли трубку или нет. Связь очень плохая, — алло? Ты меня слышишь?

— Алло, — послышалось в ответ, но я не была уверена в том, что это не было плодом моего воображения.

Слегка удивлённый мужской голос выдавал его с потрохами.

Переживая, что Габриэль мог прийти в любую минуту, я отошла вглубь комнаты, а потом и вовсе оказалась возле окна.

Такой подозрительной и мнительной я ещё не была никогда. Зато сейчас словоизвержения все время отыгрывалась. Пусть я закрыла дверь, все равно мне казалось, что меня могли услышать.

— Узнал меня? — практически была уверена в том, что мужчина был в курсе.

Я как умела делала вид, что по голосу у меня ничего не происходило. Но кого я хотела обвести вокруг пальца. Просто так почти врагу не звонили. Тем более такому как Гаспар.

У этого персонажа было неотвратимое желание сравнять меня с землей. При чем навечно."

"— Узнал, — я уловила в его голосе настороженную агрессию. Гаспар не сразу ответил. Сложилось такое впечатление: что он не знал, что ему делать. Брать трубку или сбросить вызов. Вот только, он же не знал, кто ему звонил по этому номеру…

— Мне нужно с тобой поговорить, — начала я, как мне показалось, очень неудачно.

— Я так и понял, иначе бы ты не позвонила, — раздраженно произнёс мужчина.

— Боюсь, у нас не те отношения, чтобы обсуждать… погоду.

— Тогда… Что же должно было случиться, чтобы сама Андриана решилась мне позвонить после всего того, что ты мне устроила?

Если во мне до последнего жил хотя бы один процент того, что мужчина был не злопамятен, то сейчас он просто испарился. Что и требовалось доказать: Гаспар сам по себе был злым человеком с отличной памятью.